В Маргариту Павловну никто не заморачивался такими вопросами. В городе её знали как "колбасную королеву", и то кто-то с уважением, а кто-то с восхищением называли «королевой Марго». Она действительно была хозяйкой Урюпинского мясокомбината, где продукция под брендом «Делюкс» процветала. Здесь царила острый вкус и дружба между людьми, создавая неповторимую атмосферу в сердце Марего.
Все молодые, и присмотревшись, с удовлетворением отметила, что у некоторых лица были в синяках.
В центре находились наши телеги, за которыми, ощетинившись мечами и поблёскивая голыми плечами, стояли «шотландцы» и мужчины в зелёных рубахах, за ними столпились женщины. Впереди всех стоял Алан.
— Что здесь происходит? — громко крикнул капитан Седрик.
На его окрик обернулись почти все, а мне показалось, что на лицах женщин, стоявших за «нашими» мужчинами, мелькнуло облегчение.
К нам подъехал тот стражник, что был верхом.
На лице у него было вопросительное выражение."
"— Приветствуй леди Маргарет, графиню Гламорган-Бедфорт, — тоном «пади на колени, смерд», провозгласил капитан Седрик.
«Вот кто никогда не сомневался в моём праве на привилегии», — подумала я.
Но подействовало, стражник спешился и поприветствовал, как надо, низко склонившись.
— Рассказывай, — приказала я.
Но мужчина не успел начать говорить, к нам верхом на красивом высоком коне подъехал один из мужчин в богатых одеждах.
— Графиня Гламорган? Я не ослышался? — подъехав очень близко, так, что даже моя лошадка занервничала и начала пятиться, спросил он, вглядываясь в моё лицо.
А я подумала, хорошо, что я на себя не похожа и ешё больше прищурила опухшие глаза.
И в этот момент Седрик направил своего коня, может и не такого высокого, но более мощного, навстречу лорду и не дал ему подобраться ко мне вплотную.
— Как ваше имя, сир, — произнёс капитан Седрик.
Лорд опешил, и я сразу увидела, что он довольно молод, возможно, что одного возраста с леди Маргарет, лет восемнадцать не больше. Парень был довольно смазлив. Черные волнистые волосы, высокий лоб, большие карие глаза, крупный нос, чувственные губы, и если бы не глумливое выражение лица, во всяком случае, мне так показалось, то его можно было назвать симпатичным.
— Я граф Честер, — заявил молодой человек с таким видом, словно все должны были знать кто это такой.
Я посмотрела на стражу, на своих людей, и мне показалось, что все знали, кроме меня.
