Вы понимаете? Идёт война, а он ошибался, и я совершенно ничего об этом не знал, не учитывал в своих планах и стратегиях! Вы понимаете, что это значит?! — возмущался генерал, размахивая свободной рукой.
— Да. Это потери, которых можно было избежать. Невосполнимые потери, — горько произнесла Полина, и Томаш как-то весь сдулся, отпустил её и кивнул.
Под его глазами лежали тени. Наверное, это из-за бессонной ночи, а может, от осознания неправильного отношения к генеральским обязанностям, о которых некому ему было рассказать.
Он думал, что он лучше предыдущего генерала Пруденса, и считал себя героем, а оказалось, что он всего лишь не такой плохой, как его предшественник. Может, кому-то этого достаточно, тем более война выиграна и всё позади, но Томаш теперь не мог найти покоя.
Ещё вчера утром он изнывал от скуки и этого покоя, а теперь сходил с ума из-за множества мыслей голове. И… рванул к той, кому привычно это состояние. Она же сама сказала…
Ждал ли он помощи или какого-либо участия от неё? Он не знал.
Он ничего не знал, но чувствовал, что она бросила ему вызов, и он вправе допросить её, вытрясти из её головы всё, что она знает и будет полезно для него."
"В засаду он устроился сразу же, как покинул Вереска. Надо было засесть на рассвете, потому что Скальная — та ещё штучка: могла спозаранку умчаться по делам. Ей законы дам не писаны! Она делает всё по-своему и хоть бы постыдилась, ведь землевладелица, а не на службе в магическом ведомстве.
«Поймал! О, он видел, что она его видела и попыталась сбежать! Какое коварство! Лишила его покоя и хотела исчезнуть!»
Но он не ожидал, как она повернёт разговор с самого начала.
Ударила словами наотмашь! Не ожидал от неё этого.
Помнится, в совместной поездке к родовым землям она показалась ему мямлей, заигрывающей со своими людьми. Кому сказать — не поверят, но она готовила им! Над ней даже прислуга жены смеялась, и ему было неловко за неё перед молодой женой. Баронессы не должны вести себя так!
Полина сделала несколько шагов, оставляя генерала стоять с потрясённым видом, и обернулась.
«Ну право слово, как ребёнок! Большой ранимый ребёнок!»
— Что вы там застыли? Мне надо к целителю, поспешим, — пользуясь свободой, Поля свернула в нужном ей направлении.
— Вы больны?
— Нет, я за артефактом.
Он неуверенно сделал пару шагов по направлению к ней, она потянула к нему руку и посмотрела на его локоть, как бы намекая, чтобы он предложил ей его. Это всяк удобнее будет, чем так, как они шли вчера.
— Излагайте, — вздохнув, велела она, — что вы там надумали?
Томаш покосился на неё. Теперь они походили на пару давно знакомых людей.