Юля и её подруги нарушили запрет и провели ночь в старой усадьбе, где, по легенде, обитает призрак Хозяйки. Вскоре одна из них найдена мертвой. Теперь Юле предстоит разгадать тайну усадьбы и выяснить, является ли угроза сверхъестественной или вполне реальной.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Хозяйка старого дома» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Юля и её подруги нарушили запрет и провели ночь в старой усадьбе, где, по легенде, обитает призрак Хозяйки. Вскоре одна из них найдена мертвой. Теперь Юле предстоит разгадать тайну усадьбы и выяснить, является ли угроза сверхъестественной или вполне реальной.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Юля и её подруги нарушили запрет и провели ночь в старой усадьбе, где, по легенде, обитает призрак Хозяйки. Вскоре одна из них найдена мертвой. Теперь Юле предстоит разгадать тайну усадьбы и выяснить, является ли угроза сверхъестественной или вполне реальной.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Хозяйка старого дома» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Странным показался вопрос о том, увлекалась ли подруга оккультизмом или чем-то в этом роде. Юля растерянно пожала плечами.
– Она читала гороскопы, как и все. Раньше, еще в школе, мы иногда гадали на суженного или вызывали Пушкина в темной комнате… Обычные детские игры. Никто из нас особо в это не верил.
– И вам не показалось странным, что она решила на ночь глядя поехать в Грибово, чтобы спросить о будущем у портрета? – поинтересовался Соболев.
Юля застыла, не мигая глядя на него.
– А ее… Она там погибла, да?
Следом ее накрыло внезапное осознание, и Юля, непроизвольно повысив голос, истерично добавила:
– Когда? Во сколько это произошло?
Полицейские переглянулись, старый едва заметно качнул головой, и Соболев ответил уклончиво:
– Точное время смерти пока не определено.
– Она звонила мне. Еще раз где-то час спустя. Но я поставила телефон на беззвучный режим и не услышала.
– Да, мы знаем. Это был последний вызов с ее телефона, – признался Соболев.
Сердце екнуло в груди и зашлось в безумном ритме. Юлю бросило сначала в холод, а потом сразу в жар. Она поняла – и взгляд Соболева это подтверждал – что именно тогда Ирка скорее всего и погибла. Вероятно, второй раз она набрала номер Юли, пытаясь позвать на помощь. Но телефон стоял на беззвучном режиме, потому она его не услышала. И Ирку убили.
С того момента она больше ни о чем не могла думать. Навязчивая мысль крутилась в голове, распаляя чувство вины. Слабый голос разума пытался убедить, что это глупо, что она все равно ничем не смогла бы помочь, что Ире следовало звонить в службу спасения, а не ей, но это едва помогало. Юля впала в прострацию, бесконечно возвращаясь в воображении к ночному звонку, к тому, что и как следовало сказать Ирке. И что можно было бы сделать, если бы подруга смогла до нее дозвониться.
Слезами ее накрыло уже по дороге домой. В одно мгновение да с такой силой, что Юля едва не задохнулась. Словно кто-то резко ударил кулаком в солнечное сплетение, вышибая из легких воздух. Даже в глазах слегка потемнело, хотя это могло быть иллюзией.
Юля остановилась, схватилась за перила моста, по которому шла, и оперлась на них согнутыми в локтях руками, силясь сделать вдох. Получился громкий всхлип. Хорошо, что людей почти не было, а те единицы, что проходили мимо, не имели желания вмешиваться в Юлину драму, какой бы она ни была. Поэтому она могла просто плакать, почти не сдерживаясь, глядя сквозь застилающие глаза слезы на черную воду внизу, расчерченную золотыми дорожками – отражениями уличных фонарей.
Через какое-то время она успокоилась, вытерла лицо руками – сколько ни пыталась себя приучить, платки и бумажные салфетки в сумке никогда не таскала – и пошла дальше, к дому, низко опустив голову, чтобы никто не видел зареванного лица.
