Автор
В дремоте я ощутила тяжёлый гнет, словно тучи на сердце. Внезапный стук в дверь разбудил меня и заставил вздрогнуть. Как всегда, Глашка превращала мое сонное состояние в спешку — требовательная хозяйка старой пасеки. Меня ждала нелегкая трапеза и упреки за глупые выходки....
Похоже, «Хозяйка старой пасеки» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Смею надеяться, что дурой я никогда не была. — Вспомнила кое-что, и пришлось добавить: — За исключением той истории с гусаром.
— Сейчас вы производите впечатление очень неглупой барышни, — сказал Стрельцов без тени улыбки.
— Спасибо. И тогда получается, что убийца не я, но кто-то очень хочет меня ею назначить. Потому лучше я сама расскажу вам, что, заправляя утром постель, обнаружила залитую кровью ткань, чем кто-нибудь наведет вас на мысль обыскать мою комнату и вы обнаружите «улику».
Он кивнул.
— Вы больше никому об этом не говорили?
Я покачала головой.
— Хорошо, вот и не говорите дальше. И давайте пока оставим эту тему. Вы обещали обед, а убийство — не самая аппетитная тема для застольной беседы.
— Конечно.
Мы уже подошли к дому, я развернулась, чтобы отдать Стрельцову его мундир.
— И все же я бы советовал вам принять предложение Марии Алексеевны. Кто-то убил вашу тетушку. И этот кто-то все еще в доме. Я послал в город за приставом, одним из лучших, но этого может быть недостаточно.
Вот как.
— Вы послали за приставом, чтобы он охранял меня как возможную следующую жертву или как подозреваемую?
Стрельцов не стал прятать глаз.
— Пока не будет названо имя убийцы, все, кто был в доме, — подозреваемые. Вам всем придется оставаться в усадьбе до тех пор, пока суд не установит наказание для убийцы.
— В усадьбе? В доме? — уточнила я.
— Ну что вы, я прекрасно понимаю, что это невозможно в данных обстоятельствах. Конечно же, вам нужно будет отлучиться на похороны, да и дела: вам теперь придется самой заниматься всем.
Я невесело хмыкнула.
— Которого тут же запишут в мои любовники, учитывая мою репутацию.
Исправник не ответил и взгляда не отвел. Очевидно, что он уже все решил и спорить бесполезно.
— Как долго это будет продолжаться?
— Я же сказал…
— Месяц? Год?
— Суды — дело медленное. От полугода.
Отлично, просто отлично! Мне очень хотелось сказать, что я об этом думаю, но, пожалуй, и без того уже наговорила столько, что лучше бы придержать язык. Впрочем, была в его логике дыра, в которую…
— Вы сказали — один из лучших приставов. Вы готовы посадить в глуши на полгода одного из лучших своих людей? Только для того, чтобы присматривать за мной?
— И Савелием Никитичем. И вашей экономкой.
Я застонала, поняв, что эти двое окажутся надолго ко мне привязаны.
