Автор
В дремоте я ощутила тяжёлый гнет, словно тучи на сердце. Внезапный стук в дверь разбудил меня и заставил вздрогнуть. Как всегда, Глашка превращала мое сонное состояние в спешку — требовательная хозяйка старой пасеки. Меня ждала нелегкая трапеза и упреки за глупые выходки....
Похоже, «Хозяйка старой пасеки» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Белье, старые пуговицы, срезанные с одежды, обрезки кружева и тесьмы, завернутые в бумагу куски мыла: частью серого, хозяйственного, частью — душистого туалетного. Поражала педантичность, с которой все эти ветхие сокровища были разложены: каждая пуговица завернута в бумажку, нитки смотаны в мотки одинакового размера, обрезки тесьмы аккуратно свернуты и перевязаны истончившимися от времени ленточками. Словно эти почерневшие пуговицы и изношенные лоскуты были драгоценностями, требующими особого обращения.
Герасим завел женщину в комнату, пододвинул стул. Она осенила себя священным знамением, села, зашептала что-то, молитву, наверное. Я не стала вслушиваться, вернулась в гостиную.
Варенька мечтательно таращилась в потолок, прикусывая кончик пера. Пальцы ее были испятнаны чернилами, но девушка кажется, этого не замечала.
— Получается песня? — спросила я.
Варенька подняла перед собой лист и продекламировала:
О нем лишь думы, сердце бьется,
Как птица в клетке золотой.
Но не со мною он смеется,
А я стремлюсь к нему душой.
Зачем, судьбина, так жестоко
Меня забросила сюда?
Где он теперь, мой ясноокий?
С кем делит счастье без следа?
Ах, если б крылья мне иметь бы,
Я б долетела до него!
Но тает в сердце луч надежды…
— А дальше я не знаю, — уже обычным тоном закончила она.
— Придумаешь, — улыбнулась я. — Очень мило и искренне. Только знаешь… — Я доверительно понизила голос. — Мне всегда казалось, что любовь заставляет расправлять крылья, а не биться в клетке.
Она фыркнула.
— Это ты Киру скажи. Или маменьке с папенькой. Тебе хорошо, сама себе теперь хозяйка… Ой, прости, пожалуйста.
Она покраснела, на глаза навернулись слезы. На личике читалось искреннее раскаяние: она думала, что задела меня упоминанием родителей, которых я потеряла, и недавней смертью тетушки.
— Глашенька, прости, пожалуйста, я такая дурочка.
— Ничего. — Я обняла ее за плечи одной рукой. — Ты меня не расстроила.
— Что ты собираешься делать? — спросила девушка, явно радуясь возможности сменить тему.
— Купать Полкана. Хочешь со мной? — неожиданно для самой себя предложила я. — Поболтаем, чтобы тебе было не скучно.
Лицо Вареньки преобразилось мгновенно — словно кто-то зажег свечу в темной комнате.
