Автор
В дремоте я ощутила тяжёлый гнет, словно тучи на сердце. Внезапный стук в дверь разбудил меня и заставил вздрогнуть. Как всегда, Глашка превращала мое сонное состояние в спешку — требовательная хозяйка старой пасеки. Меня ждала нелегкая трапеза и упреки за глупые выходки....
Похоже, «Хозяйка старой пасеки» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Так и выйдешь, до осени еще сколько времени. — Марья Алексеевна погладила ее по плечу.
Девушка вздернула носик.
— Нет, батюшка сказал, что не вернусь в столицу, пока и думать не забуду о Лешеньке. А я никогда не перестану о нем думать!
— Я на своем веку столько видела этих «никогда» и «вечно», что всех не упомнишь. А вот что действительно никогда не изменится — так это то, что для барышни с хорошими манерами и светлой головой достойная партия всегда найдется, — вздохнула генеральша.
— Не нужна мне никакая достойная партия! — Она разрыдалась.
— Ну будет, будет. — Генеральша обняла ее, гладя по спине. — На все воля божия.
Пока она утешала плачущую девушку, я начала перебирать связки свечей — есть ли внутри еще что-то? Похоже, нет. Весь немаленький сундук, метр шириной и не меньше полуметра высотой, был заполнен свечами, аккуратно проложенными бумагой. Видимо, это и есть те два пуда, которые упоминались в моем сне.
— Ну вот, со светом разобрались, осталось теперь с одеждой разобраться. — Марья Алексеевна огляделась.
— Да я лучше буду мокрой ходить, чем в чужих обносках, — возмутилась графиня.
— Вольному воля, — неожиданно спокойно ответила Мария Алексеевна. — Если считаешь, будто красный нос и сопли подходят барышне больше чужих обносков.
— Мне не холодно, — простучала зубами девушка.
Даже если бы у нее не посинели губы, я бы ей не поверила. Днем мне показалось, что в кладовой жарко и душно, но сейчас, в мокром платье, которое противно липло к телу, зуб на зуб не попадал. Как бы не простыть. Разберемся с одеждой и немедленно наведу чая с медом. Да и насчет наливки, пожалуй, генеральша была права.
— Вот и хорошо. Значит, не мерзлячка, — перебила она ход моих мыслей.
Варенька вопросительно посмотрела на нее, и генеральша пояснила:
— В столице-то не первый год барыни на балы прозрачные платья носят, а чтобы уж точно ничего не скрывали, сорочки водой мочат.
Варенька залилась краской.
— Что вы такое говорите! Это же бесстыдство самое натуральное!
— Может, оно и так. Да это ж нам, старикам, пристало о бесстыдстве рассуждать. А барыням молодым себя показать во всей красе, пока не увяла.
