В отдалённом городке таверна стала настоящим убежищем. Здесь спокойная хозяйка принимала гостей, а извечный ангел-демон нового мира боролся за жизнь её семьи. Мужчины притесняли девушек в самых разнообразных формах, но каждую могла спасти лишь женщина внутри стен таверны....
– Что с тобой? Ты подрался с кем-то???
Парнишка насупился, но глаза опустил.
- Я не позволю этим собакам оскорблять память родителей… - процедил он сквозь зубы, но я всё услышала."
"Сердце аритмично дёрнулось в груди. Я вспомнила: родители Лерии… погибли в кораблекрушении тридцать дней назад.
Глава 3. Отчаяние младшего и важный список...
- Ешь молча! – Лео явно был сердит на Санни. Но тарелку с супом поставил перед братом осторожно и на количество мяса не поскупился. По кухне распространился просто волшебный аромат, и я громко сглотнула.
Хлеб показался несколько кислым, но я была определённо голодна. Мы позавтракали в полной тишине, но атмосфера оставалась довольно гнетущей. Когда с едой было покончено, Лео забрал тарелки, присел обратно на стул и потребовал от Санни объяснений.
Тот был насуплен: нижняя губа забавно отставлена, брови сведены на переносице.
- Я ни о чем не жалею! – это и всё, чего мы смогли добиться, и Лео снова начал серчать.
- Послушайте, - начала взволнованно, чувствуя, как сильно мне хочется изменить это подавленное угнетение, висящее в воздухе. – Да, наступили тяжелые времена, и каждый из нас переживает очень плохие вещи, - мне невольно вспомнился насильник, и я ощутила пробежавшие по спине мурашки ужаса, но тут же продолжила говорить, боясь выдать свои чувства (нечего Лео волноваться лишний раз, он и так взвинчен): – Однако мы должны перешагнуть через это! Родители… - комок в горле стал сам собою: наверное, эмоции Лерии подоспели, - родители да покоятся с миром, а нам нужно выживать.
— Вот именно! – поддакнул Лео, поджав свои красивые губы.
Санни посмотрел на нас с такой отчаянной болью, что я даже забеспокоилась: а не сильно ли мы на него давим?
- Мне всё равно! Память родителей важнее каких-то там ботинок!
Его синие глаза сверкали, то ли от гнева, то ли от слез, и я почувствовала, что младший брат в отчаянии.
