Я уставилась на отражение в зеркале, одетая в пышное темно-синее платье с вышивкой и застежкой из бриллиантовой брошь. Лицо мое было бледным, словно я сама утратила здоровье. Волосы аккуратно собраны на затылке в хвост, губы сжаты к тонкой линии, а подбородок нервно дрожал. Сегодня я не поела....
Карета стояла под крыльцом, в окнах первого этажа загорался свет, а за шторами сновали силуэты.
- И станцевать на ней! – произнес разбойник, огромным сапогом утаптывая место. Он танцевал какой-то диковатый танец, которого я не знала.
- А менуэтные па подойдут? – спросила я, понимая, как сложно все-таки быть садовником! Это же такой труд!
- Ну… как бы… Была у меня девушка, которая менуэты делала! - шмыгнул носом разбойник, притаптывая место как следует. – Но боюсь, мэм, что совать в рот грязный корень было бы глупо! Короче! Танцуешь!
- Что лучше? Кадриль или вальс? – снова спросила я, пряча руки за спиной и склоняясь к месту захоронения, чтобы все внимательно рассмотреть!
- Не знаю, кого ты… ой, простите, вы… кадрить собрались! – пожал плечами разбойник.
- Все? – удивилась я, поднимая взгляд.
- Да ты что! – удивился разбойник, стаскивая со взъерошенной головы шляпу. – Теперь минута молчания! Ты что? На похоронах ни разу не была?
- Нет, - созналась я, не помня похороны мамы.
- Даже мы, разбойники, чтим традиции! Сняла шляпу, - строго произнес разбойник, делая глубокий вдох. – Опустила глаза и …. Примите боги душу несчастного, какой бы сволочью он ни был!
Садовник посмотрел вверх, а лицо его стало скорбным.
- Теперь, как почетная вдова ходишь на могилу и поливаешь ее слезами из ведра! Каждый день! – усмехнулся разбойник. «Каждый день!», - эхом повторила я, понимая, что мне срочно нужна шляпа! Без шляпы я не смогу ничего посадить!
- Откуда вы все это знаете? – спросила я, осторожно трогая пальцами мокрую землю.
- Ха! – рассмеялся бывший Джек Борода. – Я был тем еще лихим малым! Грозой всей округи! Джек Борода! Да моим именем пугали врагов. Я и десяток моих лихих ребят держали в страхе мужиков и … в страхе, но уже без «с» всех баб в окрестностях! Ах, какие это были красотки! Да они сами вешались на меня, как на виселицу! Ха-ха!
- И что случилось? – спросила я, чувствуя, что уже почти не боюсь ни громкого смеха, ни грубого голоса, ни страшного заросшего лица.
- Грабанули мы однажды карету. Там ехал какой-то пижон и вез что-то в сундуке, - начал Джек Борода. – Ну, думаю, золотишко! А карета с охраной! Дорогущая! Ну мы ее и тормознули. Пит Булль свалил дерево и карета встала!
Пока он рассказывал, я представляла дремучий лес, страшных разбойников, которые наблюдают за красивой каретой.
- Гони золото, дружок! – произнес Джек Борода, вырывая дверцу кареты.
