Могло. Да только уже не случится. Или стоит надеяться, верить?
Вдруг эльфийское колдовство окажется сильнее смерти? Вдруг все сбудется, и Мари не придется вечно скитаться по прудам, заманивать недотёп. Младенец крикнул, коза рванула со всех сил в густые колючки шиповника. Эльф, что вел рогатую тварь, зашипел. Думаю, от его плаща точно ничего не осталось.
— Чтоб… То… Рога… — донеслись сдавленные проклятия.
— Кормилицу наследника нельзя обижать ни словом, ни делом, — дотек до нас сквозь туман холодный голос эльфийского короля, — Она — та, что выпаивает молоком само будущее нашего леса. Этой ночью я прикажу обеспечить ей лучшее место в своем дворце и выделю семерых слуг по количеству дней в неделе, чтобы денно и нощно заботились о благополучии козы. Как ее имя? — без запинки я сказал то имя, которым чаще всего звал эту тварь.
— Свинья рогатая!
— Необычно. Надеюсь…
— Вашего сына нарекли Святозар! — припечатал короля Саша. В перелеске наступила невероятная тишина. Лишь только тихие, полные восхищения стоны водителя козы нарушали этот незримый покой.
— Великолепная, вы уверены, что нам стоит лезть в эти колючие тернии? — пропел водитель козы и тут же сбился на крик, — Ааа! Ваш путь — искупление всех грехов жизни через страдания плоти! Я не грешил столько, белорунная! Твоение богов, имейте немножечко снисхождения! Я не отшельник и отнюдь не страдалец! Ааа! Восхитительный шиповник! И камни, по которым я полз, вы выбрали лучшие, безусловно самые острые. Сегодня я искуплю грехи на ближайшие триста лет жизни. И это только за один вечер с вами, тонконогая! Только не туда! Я не могу представить свой путь через эти заросли, остророгая! Аааа! Прошу! Аааа! Только не на животе! Я не умею летать! Только не в иву! — крики стихли. Полагаю, коза наконец обрела свое счастье в объятиях дикой поросли. Что ж, незатейливое счастье тем и ценно, что достичь его просто.
Лес дышит и смотрит на нас глазами своих обитателей, внемлет запахам чужаков, прислушивается к его дальней, полудикой стороне. Теперь уже мелкие камни хрустят под ногами, растений здесь меньше. Берег обрамлен серым песком, над черной гладью пруда проплывают белые восковые кувшинки. Луна осторожно прочертила дорожку, разделив эту тьму на две половины.
Хочется коснуться воды, протянуть руку той, что ушла навсегда, помочь выбраться. Или же уйти вместе с ней! Мог бы, ушел.
Да только дочь Морриган не смею оставить одну без заботы, без присмотра. Долг выше жизни, выше судьбы, сильнее любви. Целую жизнь я стану служить на благо ведьмы. Такова судьба моя. Иной и не будет.
— Встаньте за моей — приказывает король, — Ни один из вас не должен подойти к воде в эту ночь. Надеюсь, во мне хватит света.