Вторая часть этого волшебного романа предлагает читателям еще более глубокую интимную связь между Настей и Лео, а также раскрывает тайны древнего дома Далет, создавая мрачно-красочную атмосферу, в которой каждый шаг становится опасным.
Анджей, как я понял, мечтает о браке с моей бывшей ради своей выгоды. Ты один влюблен без памяти. Нет, — вскинул руку вверх незваный пророк, — нравится она нам всем. Но влюблен только ты один. Я тебя понимаю, в Настю влюбится не сложно. Долго любить ее тяжело, поверь, я знаю. Проверил.
— Допустим, что все действительно так, — поджал губы Анджей и встряхнул волосами, — У каждого своя выгода. Лео тоже мечтает получить свободу из рук своей госпожи.
— Нет.
— Извини, но я тебе не поверю. Изменить в лучшую сторону свой статус через женитьбу жаждет каждый мужчина.
— Но я, наоборот, потеряю…
— Итак, каждый из нас, — продолжил Анджей, не дав мне вставить ни слова, — хочет заполучить законное право на ведьму. И ни один не отступится от своей цели. Но я уловил главную мысль. Против других соперников мы должны и можем объединиться."
"— Согласен, — холодно сказал Далет, — миров много. Мужа Анестейша должна обрести именно в этом.
Уверенным шагом, готовые ко всему, мы устремились в сторону дома.
Александр первым распахнул дверь в дом.
— Где ты была, неверная женщина? — выкрикнул он в темноту каминного зала, — Мама?!
— Какая я тебе мама? Госпожа Лора! Стража! Воры! Они вернулись сюда! Убивают!
Глава 10. Настя
Нет, ну а что, в целом не так уж и плохо. Мы приземлились, точнее, поезд остановился на живописной поляне. Вокруг, говорят, есть дивное место — крупный город огров.
Зато столы накрыли для всех. Эльфы ненадолго ушли от меня, и Рир и второй, со странным именем, никак его не запомню. Ну да и ладно. Зато столы накрыли для немногих пассажиров нашего поезда. Точнее они возникли по волшебству прямо посреди поляны. Белые скатерти, посуда из листьев растений, странные с виду фрукты и овощи, десерты, выложенные в высокие вазочки. Выглядит куда аппетитней той искусственной синей курицы.
Чупокабр преданным псом сидит у ноги. На еду даже не смотрит. Странно, что это с ним. Может, заболел?
— Пойдем, поедим?
— Не советую, — горестно вздохнул зверь.
— Почему?
— Еда порченная. Официанты подосланные. В напитки тебе собираются подмешать любовное зелье. Мне приготовили заговоренную миску.
— С чего ты так решил? Мне кажется, все остальные пассажиры едят, и никто не отравился пока ещё.
— Это потому, что они никому не нужны.
