Вторая часть этого волшебного романа предлагает читателям еще более глубокую интимную связь между Настей и Лео, а также раскрывает тайны древнего дома Далет, создавая мрачно-красочную атмосферу, в которой каждый шаг становится опасным.
Плачу и плачу!
— Не каркай!
Шуршнули семена, зверь ссыпал их прямиком в кадку цветка. Листик сорвался с дерева и оказался в моей руке. Чупокабр тут же сунул свой нос, чтоб прочесть надпись.
— Дурная! Это же ужас! А, впрочем, я счастлив. Шапку хотя бы не зря надел. И комбинезон, впрочем, тоже…
— Погоди, а почему ты вообще взял с собой семена? Ты что, знал, что я не найду дверь к грифонам?
— Я просто запасливый! Мое ухо! Зачем ты так со мной? Не знал, а только предполагал!
Глава 2. Настя
Не могу вот так прямо сказать, что мне страшно садиться в поезд.
Но вот это серебристое чудище, жертва буйной фантазии эльфийского мастера, вселяет в меня совершенно искренний ужас.
Нет, поехать, конечно, хочется, да и вагон вроде бы изнутри выглядит ничего, по крайней мере, если смотреть на него через окно, твердо стоя обеими ногами на перроне. Ну, то есть между двумя клумбами. Но внутрь залезать как-то не тянет. Может, ну его? Обратно вернёмся.
Ещё раз придирчиво прошлась взглядом по серебряной чешуе. Вот если смотреть на промежуток между окнами отсюда, то внешняя стена вагона вполне сойдёт за рыбий бок. Крупные пластины чешуек выполнены на редкость тщательно и лежат одна плотно прижатая к следующей.
Главное только не поднимать глаза выше, туда, где торчат из стены полупрозрачные не то маленькие крылья, не то огромные плавники.
Ну а что я, собственно, хотела, рельсов-то нет!
Впрочем, хвост поезда точно напоминает селедочный, там плавник торчит наружу, выходит, мы поплывём? Или нет? Кабина водителя вообще ни на что не похожа. Назвать машинистом тучного огра я никак не могу! На нем нет формы, только жилеточка застегнута на три медных пуговицы поверх зелёного меха.
— Как хочется жить! Может, ну ее, ту поездку?
— Ну уж нет! — буркнул чупокабр и подтолкнул меня носом к тому месту, где похоже, должна была бы быть дверь.
— Здесь не войти, лапочка.
— Шагай!
— Было б ещё куда? Давай вернёмся домой, Далет нажарит тебе котлеток, тебе ведь они понравились?
— Котлеты, конечно, вечная ценность, можно сказать, живой памятник кулинарному мастерству. Но чтоб чупокабр отказался по доброй воле от рыбы? Ни за что! — фыркнул зверь и зашёл мне за спину.
