В зеркальном отражении жизни Ариадны и Марианны — девочек-подростков без таланта, но с большой мечтой о величии. Взрослые считают, что заплатив за уроки пианиста, сумеют превратить их жизнь в сказку перед гостями. Но после шести вечера хоровое концертирование начинается заново. Каждая нота отражает тщательно скрываемый под маской быта уют и страсть, которые эти девочки не могут выразить....
Меня затопила тёплая волна облегчения. И я разрыдалась.
– Тише-тише, всё хорошо, – успокаивающе прошептал герцог и подхватил меня на руки.
Я уткнулась в него лицом, продолжая плакать. Очнулась, только когда каблуки герцогских сапог застучали по деревянному настилу. Решив, что мы наконец добрались до дома, я подняла голову. Но это был не усадебный дом, а тот самый маленький домик, который дядюшка Одэлис оставил мне в наследство.
– Нам придётся переждать здесь дождь, – сообщил герцог, ставя меня на ноги.
И он был прав.
Ди Новайо быстро спустился с крыльца и вернулся спустя несколько секунд, держа в руках ключ.
– Откуда ты знаешь, где я его прячу? – растерянно спросила, глядя, как легко герцог открывает замок.
– Доротэо сказал, когда я искал тебя.
– Дори? – удивлённо переспросила я. Не ожидала, что этот хитрец так просто выдаст Алистеру мои секреты.
– Так вот какого Дори ты искала, – улыбнулся герцог, как мне показалось с облегчением.
– Доротэо – дух-хранитель волшебной лозы, – я тоже выдала тайну. Но ди Новайо почему-то нисколько не удивился.
Он вообще действовал очень уверенно. Быстро нашёл и запалил масляную лампу, затем растопил печь и поставил на плиту мой старый чайник, пока я ностальгировала по прежним временам, оглядывая уцелевшее убранство домика.
Когда разгорелся огонь в печи, стало по-прежнему уютно. Будто я никуда и не уезжала. Только ди Новайо никак не вписывался в знакомый интерьер.
Спустя несколько минут герцог уже вручил мне глиняную кружку, полную горячего травяного отвара.
Прячась от пристального взгляда, я уткнулась носом в кружку, вдыхая аромат мяты. Теперь я смутилась. Мой эмоциональный порыв повиснуть у Алистера на шее уже не казался хорошей идеей.
– Кати, – голос герцога заставил вздрогнуть. – Прости меня.
Я медленно подняла на него взгляд.
– Я очень виноват перед тобой, – Алистер смотрел серьёзно, и я не решилась его перебить.
Ди Новайо замолчал. И я уже подумала, что это всё, но он вдруг заговорил снова. С возросшей страстностью.
– Я был неправ, когда вписал твоё имя в патент, даже не удосужившись спросить тебя. Всё это время я был ведом только своими желаниями. Но, поверь, я всё осознал и хочу исправиться. Только дай мне шанс доказать мою любовь.
