В зеркальном отражении жизни Ариадны и Марианны — девочек-подростков без таланта, но с большой мечтой о величии. Взрослые считают, что заплатив за уроки пианиста, сумеют превратить их жизнь в сказку перед гостями. Но после шести вечера хоровое концертирование начинается заново. Каждая нота отражает тщательно скрываемый под маской быта уют и страсть, которые эти девочки не могут выразить....
Почему так? Не любит его отца? Или тут что-то другое?
Между тем племянник пробежался оценивающим взглядом по моему лицу, загорелым кистям рук, укороченной юбке и высокомерно изогнул бровь:
– Дядя, вы приютили сироту? Из этих?
Вот тут я поняла и вскипела. Мальчишка явно принял меня за полукровку – и сразу взял оскорбительный тон. Синьор Портэлл побагровел от гнева и резко оборвал непочтительного родственника:
– Прикуси-ка язык, Роналдо! Синьорина Катарина моя ученица! В отличие от тебя она знает, что виноградником нельзя управлять с веранды!
Юнец смешался, пробормотал извинения, на которые я не обратила внимания.
– Дядюшка, раз к обеду будут гости, я пойду, переоденусь…
– Ступай, Кати! И не торопись, Прима будет отмываться и гонять слуг до сиесты!
Я легко улыбнулась и двинулась в свою комнату.
Глава 7
Наша горничная – смуглая и черноглазая девочка с блестящими косичками еще утром налила чистой воды в большой таз. Пока я собирала улиток, вода согрелась, и ею было очень приятно смыть пыль и пот.
Потом я расчесала волосы до глянцевого блеска, нанесла на кожу лица немного кашицы из сливок и розовых лепестков, вбила кончиками пальцев и смыла.
Настало время выбрать платье. Я остановилась у открытого сундука. Дядюшке гости не по нраву, значит, излишне наряжаться не стоит, однако нельзя допустить, чтобы меня перепутали с полукровкой-сиротой, принятой в дом из милости. Я ученица! А это статус!
В итоге я остановилась на белом платье с вышитым голубым узором – еще слишком рано для дорогих вечерних нарядов.
Когда я вышла на веранду, сестра синьора Одэлиса уже сидела за столом с весьма недовольным видом. Дядюшка не приступал к трапезе, дожидаясь меня, и это не нравилось его родственникам.
– Синьорина Катарина, позвольте представить вам мою сестру, Приму Рокуэлл!
Я с трудом сдержала смешок – такое выражение лица было у этой Примы! Еще бы, по этикету младшую даму представляют старшей, а дядюшка все сделал ровно наоборот, пусть и представил сестру с фамилией, а меня только по имени.
– Очень приятно, синьора! – я выполнила заученный книксен и присела за стол.
Синьор Одэлис выдвинул мне стул, зыркнув на племянника, потом сел и поднял бокал с чистой водой – так принято было начинать трапезу.
