Автор
В дверях дома сидел мужчина в черном костюме с отпечатанными линиями на лице. За ним стояла женщина, готовая его защитить. Мужчина сказал: "Ей нельзя доверять", а женщина ответила: "Ричард, спаси ее". В голове у меня появилась странная мысль о волшебстве и чудесах. Эта книга — про то, как обыденные сцены могут превратиться в истории, где любовь, прикосновения кого-то необычного и магия соседних домов играют решающую роль....
Жаль, что постоянно ругается. А чего ругается? Хоть бы кто-нибудь объяснил."
"– У вас что-то случилось? – вырвалось у меня. – Я могу помочь?
Ричард едва не зарычал.
– Хватит ломать комедию, Арлет. Живо садись!
Он открыл дверь кареты и принялся силком запихивать меня внутрь. Я так растерялась, что пребольно ударилась коленом о скамью, попыталась лягнуть его пяткой, но промазала. Увернулся! Юркий гад!
А дальше... Ну это уж слишком. Сильная ладонь от души припечатала меня пониже спины.
Я позабыла про вежливость и завопила:
– Эй, полегче! Больно же! Совсем сдурел?
Ричард поймал мою ногу, протолкнул вперед, нахально огладив лодыжку, залез следом, захлопнул дверь, уселся на сидение напротив и воззрился на меня с вызовом.
– Итак, дорогая, – проговорил он убийственной иронией, – если рассчитываешь остаться на эти два месяца в моем фамильном особняке, заверяю тебя, ты сильно ошибаешься.
Ни на что я не рассчитываю! Вот же хам, хоть и красавчик. Я поморщилась, потерла колено и нечаянно глянула в окно.
Глава 1.3
Экипаж качнулся и тронулся с места. А я все смотрела и смотрела, не в силах отвести взгляд и не слушая, о чем вещает этот вредина. Из отражения на меня таращилась огненно-рыжая девчонка, совсем молоденькая, вряд ли старше двадцати лет, с огромными зелеными глазами.
Святый боже, кто это? Я придвинулась к окну вплотную, окончательно выбросив из головы злюку Ричарда. У меня появились дела поважнее.
Неужели это – не сон?
А если так, то что тогда?
Отражение не мое, имя не мое, а боль в колене очень даже моя! И злость этого Ричарда очень даже конкретно направлена на меня.
Бархатная обивка сиденья, кружевные рукава длинного платья. Боюсь, без зеркала не смогу определить ни фасон, ни приблизительную эпоху. Не кринолин и то хлеб. И на злом Ричарде невесть что надето – поверх строгого мундира кожаный черный плащ. А прическа... ой, у меня на голове в отражении шляпка с вуалеткой.
Сон, сон, сон. Я еще немного посмотрю, а потом проснусь и расскажу подружкам.
А то этот все сверлит взглядом, пыхтит рассержено и... ха! А сам так и косится на мое декольте! Благо, там есть на что коситься. Мне бы такое богатство да в реальную жизнь. Все бы Ричарды были моими.
