Чувтвовала себя так, будто я снова неделю путешествовала почтовой каретой, только на этот раз мы не останавливались даже на ночь.
Стремясь поменять положение, я с удивлением обнаружила две вещи: во-первых, я оказалась привязана к кровати, а во-вторых, лорд-герцог лежал рядом. Когда я заворочалась, он пробормотал мне в плечо:
– Манон, я все сделаю, как ты захочешь, но в другой раз…
Я присмотрелась к его лицу. Он тоже будто только что освободился с рудников. Мне даже стало его жаль, но продолжать лежать связанной было крайне неудобно, и я позвала:
– Рин… – и тут же смутилась. Это прозвучало очень интимно. Прежде я почти никогда даже про себя не называла бывшего жениха по имени, а сейчас вот вырвалось.
Лорд-герцог распахнул черные ресницы и пытливо уставился на меня, как на дикого зверя, который в любой момент может прыгнуть.
– Что это значит? – я подергала руками, привлекая внимание наместника к своим путам.
– Это, чтобы вы не навредили себе, – Сангриено потер лицо ладонями, прогоняя остатки дремы, и отвязал меня.
Я с удивлением разглядывала затекшие руки, которые пока меня плохо слушались. Рана от кинжала выглядела на редкость прилично. Кровь спеклась, закрыв порез. Вокруг ничего не опухло. Зато под кожей словно извивались древние светящиеся символы Верских островов. Они будто жили, двигались.
– Это навсегда? – ужаснулась я.
– Нет, – помотал головой Сангриено. – Они уже побледнели, а к утру пропадут совсем. На руках в последнюю очередь.
– Что? Оно и на лице? Я, наверное, выгляжу пугающе…
– Ничего подобного, госпожа Манон, – успокоил меня наместник, и я обратила внимание, что он снова вернулся к официальному обращению. Почему-то меня это расстроило. – Как вы себя чувствуете?
– Честно? Не очень… – я прислушалась к себе. – Я хочу есть. Просто смертельно голодна.
И в эту же секунду осознала, каким правильным был совет лорда-герцога не есть до ритуала. Тошнотворно выматывающая боль, сопровождавшая его, никак не сочеталась с ужином. Меня бы просто без конца выворачивало, и я не смогла бы сосредоточиться на обряде, но теперь желудок настоятельно требовал пищи. Я согласна была съесть, что угодно.
– Сейчас я разбужу вашу горничную… – Сангриено поднялся с постели и потянулся за камзолом, который, скинул, перед тем, как лечь, и я заметила на его рубахе тонкий кровавый след. Похоже, у него открылась рана.
– Не надо Марсию, – попросила я. – Она может испугаться моего вида. Я сама справлюсь.
И попыталась сесть на кровати. Плед пополз вниз, и я обнаружила, что под ним я почти полностью нагая.
– Силы небесные! – прошептала я, заворачиваясь обратно. – Вы же не смотрели на меня?
Слава Покровителю, лорд-герцог стоял ко мне спиной, и я смогла добраться в шерстяном коконе до ширмы.