Автор
В забытой усадьбе жарит злые духи семейных ссор и обид. Тлеющий шелковый ковер скрывает страшную тайну, а холодные взгляды женщины из будущего оживают давние розыгрыши и поругания. Каждое слово — жемчужина утоптанного времени.
Ты закрылась, и я перестал чувствовать тебя. Не делай так больше!
Я закрылась от Рина? Он мог чувствовать меня? А я его?
На секунду меня накрыло воспоминаниями, как Сангриено бежал ко мне на помощь, когда во время званого ужина началось противостояние.
Вот значит как.
Честно говоря, я понятия не имела, как у меня это вышло, я даже не знала, что такое возможно. Вероятно, Иза слишком меня напугала, и мои щиты смогли ограничить доступ извне.
Наш милый приватный разговор, похоже, затянулся. За дверями кабинета начал терять терпение не только Гантерон.
– Сангриено, – раздраженный баритон Мортензи донесся до нас. – Если вам двоим нужен еще часик, ты так и скажи.
Я спохватилась и принялась приводить свой внешний вид в порядок.
– Сейчас, – гаркнул Рин в ответ, оказывая мне помощь со шнуровкой, которую он так мастерски почти распустил.
Спустя пару минут я готова была показаться людям.
Префект начал с главного.
– Все сигнальные башни по периметру вокруг Форталезаса дают белый дым. Беранже говорит, это знак от Ксавье, что территория зачищена.
– Уверен? – напрягся Сангриено. – Установить ее обратно быстро не выйдет.
При мысли о том, что мне еще раз придется опускаться к руне, мне стало не по себе.
– Уверен. Пока защита стоит, у нас не работает магпочта. Все сообщение со столицей идет через переговорники лидванцев. Это слишком высокие риски. Да и когда Ксавье дойдет до ворот, у них могут быть раненые.
– Я не знаю, как убрать купол, – подала голос я, холодея.
Я снова почувствовала себя бездарной неумехой, которая всем осложняет жизнь. Однако никакого осуждения присутствующие не выказали.
– А как вообще нейтрализуются руны? – уточнил префект.
– В редких случаях другой руной, но обычно используют сразу заложенное условие прекращения, – припомнила я мамины записи.
– Прикажи седлать лошадей, мы возвращаемся в усадьбу, – распорядился Рин, и Мортензи без промедления покинул кабинет.
– Ты все сделала, что собиралась? – Сангриено снова притянул меня себя, но сейчас его объятья были полны не страсти, а нежности.
– Я только хотела поговорить с Изой…
– Зачем тебе вообще это понадобилось? – вздохнул Рин.
