В Изабеле Ретель-Бор утонул мужьячок, изменился образ жизни и даже перекочевал в тело бывшей подруги графини Ретель-Бор. Теперь она вынуждена жить несчастной жизнью замечательной графини в замке, где все считают её по-прежнему супругой и матери двоих детей. Вместе они пытаются разгадать загадку своего трансформирования и отыскать истинного источника добра и радости после множества бед....
Все, кто находится на кухне, вдруг вжимают головы в плечи, и желают казаться маленькими и незаметными.
Трусы!
Бородач орёт басом, брызгая слюной:
— Ах ты, падаль! Снова хлеб по своим рецептикам месишь! Я тебя предупреждал! Инмарий мне свидетель, у меня терпение лопнуло!
— ЧТО. ТУТ. ПРОИСХОДИТ?!
Ого! Не думала, что в таком хрупком и изящном теле, скрывается мощный и сильный голос. Как любят говорить профессиональные певцы и музыканты — мясистый и глубокий.
У меня от гнева, словно дыхание дополнительное открылось, чтобы мой вопрос услышали за лесами, за горами.
Вдруг все замирают, и образуется звенящая тишина. Лишь слышно как шипят угли, и гудит в очаге жадный огонь.
— Госпожа графиня?.. — басит шеф-повар.
Нет, блин! Императрица всея Руси, болван!"
"— Не похожа? — задаю вопрос ледяным тоном, от которого у самой мороз по коже. — Отвечай, пёс плешивый!
И чувствую, что-то происходит.
Все присутствующие тоже вздрагивают и пригнут ниже свои бедовые головы.
Градус в кухне понижается, и я откровенно ощущаю, как воздух становится холодным.
До меня не сразу доходит, что это дело рук моих. Точнее — голоса.
Но когда осознаю, то усилием воли сохраняю спокойствие и не выдаю своих эмоций. Лицо кирпичом и всё прекрасно.
— Госпожа графиня… Мы обед готовим, — молвит дрожащим голосом бородач.
И таким жалким вдруг он стал и заблеял, аки овца, точнее, овец… Блин. Не овец, а баран. А у меня злость внутри клокочет и требует немедленного выхода наружу.
«Охохонюшки-хо-хо! Будь осторожна», — говорю сама себе.
— Иди сюда, — говорю парню, что получил незаслуженных плетей и маню его к себе пальцем.
Обвожу взглядом слуг:
— А вы продолжайте работать.
Шеф-повар, очевидно, думает, что я сейчас буду наказывать провинившегося парнишку, и ехидно улыбается тому вслед. Тот тоже так думает и обречённо идёт ко мне, шаркая деревянной обувью по застеленному соломой и камышом полу.
Но они оба ошибаются.
Поворачиваюсь спиной и иду прочь из кухни. Парень следует за мной.
Глава 4
* * *Изабель Ретель-Бор
— Как твоё имя? — интересуюсь у парня на ходу.
Я иду в малую гостиную, туда, где, как подсказывает память Изабель, графиня принимала гостей (крайне редко).
— Омм… Омар… — произносит повар, заикаясь и очень тихо. Я едва слышу его.
— Омар, значит, — улыбаюсь по себя. — Как символично.
