В Изабеле Ретель-Бор утонул мужьячок, изменился образ жизни и даже перекочевал в тело бывшей подруги графини Ретель-Бор. Теперь она вынуждена жить несчастной жизнью замечательной графини в замке, где все считают её по-прежнему супругой и матери двоих детей. Вместе они пытаются разгадать загадку своего трансформирования и отыскать истинного источника добра и радости после множества бед....
Хитроумность управляющего пробирает меня до самого нутра, и краска гнева расходится по моему лицу. Глаза у меня становятся тёмными, как зимняя ночь.
Выжидаю несколько минут за углом, успокаиваю свой гнев, а потом, как ни в чём не бывало, выхожу в коридор и останавливаюсь перед стражником, что перегораживает вход в опочивальню моего супруга.
— У себя? — спрашиваю стражника.
Тот подбирается и чётко отвечает:
— Благородного господина нет, госпожа графиня!
Благородного господина? Я не ослышалась, да?
Ничего себе заявочка.
Если можно было бы убивать мыслью — Зерран бы уже точно сдох.
— Иди и найди его. Скажи, высокоблагородная госпожа графиня говорить с ним желает. Я буду ждать его… внизу, — распоряжаюсь я, добавляя голосу щепотку магии. По крайней мере, мне кажется, что я применяю магию. А так оно или нет — пока не знаю.
Стражник тушуется и отвечает:
— Простите, госпожа графиня, но мне приказано не отходить от опочивальни благородного господина.
Впиваюсь взглядом в наглого стражника, что перечить графине решается и закипаю. Гнев поднимает змеиную голову.
— Ты что?! — шиплю я змеёй. — Ополоумел?! Я здесь хозяйка! И я приказываю тебе немедля пойти и найти управляющего! А будешь стоять столбом и волю мою игнорировать — прикажу выпороть, а после — прогоню со службы!
Вот теперь явственно ощущаю силу свою.
Даже стены коркой льда покрываются с приятным треском.
Стражник чуть оседает и лупает на меня глазами, что становятся размером с блюдца.
Кивает стражник аки болванчик и стремглав несётся искать управляющего.
Я тут же пользуюсь ситуацией и проскальзываю в комнаты графа.
Нет у меня времени рассматривать всю опочивальню, поэтому вихрем врываюсь в кабинет и бегло осматриваю помещение.
Кабинетом служит просторная и богато обставленная комната.
Всё в кабинете большое и пышное. Огромный, покрытый причудливой резьбой стол расположен в центре коричневой шкуры кого-то большого. Голова свирепого животного висит над величественным камином, в котором догорает слабый огонёк и вот‑вот потухнет.
Но помня размеры управляющего, точно могу сказать, что кабинет по сравнению с этим здоровым мужчиной покажется маленьким.
