Автор
Кто людям помогает — тот тратит время зря. Линда закусила нижнюю губу от усердия, вынимая из духовки пирог "Шарлотка". Теперь надо присыпать его сахарной пудрой и готово! Совсем скоро приедут две подруги — время потягивать вина на даче.
Серебро не только приносит агонию и лишает сил. С кровью вампира атомы серебра моментально соединяются и разносятся по всему организму, медленно и мучительно убивая.
Сила у меня теперь тоже есть, и я легко разорвала цепи.
— Раны из-за серебра нужно будет промыть аммиаком, — вспомнила из первой встречи с Рагнаром.
Князь горько мне улыбнулся и кивнул со словами:
— Да, произойдёт соединение, и получится гидроксид диамин серебра. Это уже не чистое серебро, и вещество покинет тело Саймона. А вот осиновый кол сейчас вынимать нельзя.
— Почему? — нахмурилась, освобождая вампира от последнего витка серебряной пытки.
— Нужно сразу дать ему крови. Много крови и желательно не искусственной, — проговорил Рагнар с надломом в голосе. — Иначе он умрёт.
А свежей не искусственной крови мгновенно не найти.
— Моя кровь подойдёт, — сказала уверенно. — И не спорь. Саймона не просто так выбрали. Видимо, он что-то узнал…
— Так и есть, — вздохнул Рагнар. — Его не просто ослабили, его отсекли от клана, от меня.
— Тогда поспешим, — сказала хищно и обнажила клыки. — Верни стену в прежнее состояние и переноси нас обратно в спальню. Никто пока не должен узнать, что настоящий Саймон при смерти, а под его личиной враг.
* * *Нам с Рагнаром потребовалось почти три часа, чтобы вернуть настоящего советника к жизни.
Сначала его тело исцелили от серебра.
Потом пришлось слить по бокалам мою кровь.
Рагнар был категорически против, чтобы Саймон присасывался ко мне пиявкой.
В итоге моя кровь ждала своей участи в трёх бокалах.
Как сказал Рагнар, этого будет достаточно, чтобы Саймон не погиб, и его силы восстановились. Потом советнику придётся какое-то время побыть самостоятельным вампиром, без привязки к клану, пока князь не разберётся с заговорщиками.
И только после этого мы принялись за осиновый кол.
Рагнар надел кожаную, пропитанную магией перчатку и сжал этой рукой осиновый кол. Я поднесла бокал с кровью к губам советника, и, когда мы кивнули друг другу, он рывком выдернул проклятую деревяшку из груди Саймона.
Вампир дёрнулся, потом страшно выгнулся, дважды судорожно вздохнул, в груди у него что-то забулькало. С ссохшихся, потрескавшихся и покрытых коростой губ сорвался едва слышный, больше похожий на скрежет стон. Затем он затих.
