Автор
Героиня спасает раненого незнакомца и попадает в иной мир. Её спаситель оказывается Князем Тьмы, который нанимает её в качестве домоправительницы. Теперь ей предстоит наводить порядок в адском хозяйстве, разбираясь с необычными обитателями и собственными чувствами к властному демону.
Сто золотых — это предложение с учётом моей крови?
— Это большая сумма, Линда, — произнёс он недовольно, уже понимая, куда я клоню.
— Такой крови, как у меня, вы нигде больше не найдёте, — сузила гневно глаза. — Не думайте, что я себя недооцениваю.
Если уж и продавать себя, то дорого. Очень дорого.
Он снова задумался. И глядел на меня со смесью гнева и восхищения.
— Сколько вы хотите? — поинтересовался он невозмутимо, словно спросил, люблю ли я рыбу.
Облизнула губы и не спеша произнесла:
— Сто золотых в неделю…
И тут же спросила:
— А неделя на Дицентрее — это сколько дней?
— Семь, — ответил князь.
— Ага, но двадцать семь часов в сутки, — начала я рассуждать. — На земле это сто шестьдесят восемь часов. У вас сто восемьдесят девять… Выходные мне положены?
— Мммм… — протянул он нехотя. — Один выходной?
— А сколько часов в день я должна работать?
У вампира дёрнулся глаз.
Блин, он думал, что я буду работать круглосуточно?
Судя по тому, как у него поджались губы, и сжались в кулаки руки, — да, на это и рассчитывал.
— Двадцать шесть? — предложил вампир.
Я расхохоталась. Громко, заливисто.
Смех вышел истерическим. Стресс давал о себе знать.
Отсмеявшись, я поднялась с кресла, налила себе из кувшина полный стакан воды и за три глотка осушила.
Вернулась на место и отчеканила:
— Два полноценных выходных. Можно и плавающих. Рабочий день не более восьми часов в сутки. И, да, за это вы станете платить сто золотых в неделю.
— Плюс питание, проживание, полное бытовое обеспечение, — напомнила вампиру его же обещания. — Плюс я привыкла жить по своему времени, у вас день длиннее на двадцать один час в неделю. Пока я не привыкну к новому режиму, рабочий день увеличивать не станете. Потом решим.
Почесала кончик носа и увидела, что у вампира желваки ходуном ходят, и клыки выдвинулись. Злится. Сильно злится. И смотрит на меня таким гневным, даже яростным взглядом, будто я его любимую болонку переехала.
Что ж, но мне уже нечего терять.
— И о моей крови, Рагнар… За каждый укус — тысяча золотых, — затребовала я.
Вампир рассмеялся ледяным, резким и очень страшным смехом и произнёс не своим, а каким-то рычащим голосом:
— Один укус — один золотой, Линда. Не переоценивайте себя."
"— Один укус — одна тысяча сто золотых, — подняла я ставку. И заявила твёрдым непоколебимым тоном. — Чем больше станете торговаться, тем дороже будет моя кровь.
Внешне я была невозмутима, а на деле у меня сердце билось как бешеное, и поджилки тряслись.
