В скважине послышался звук поворота ключа.
Девушка испуганно вжала голову в плечи, когда за стеной в соседней камере раздались громкие стоны.
Инео нехотя вспомнил недавний сон. Мысли о голой девушке в его страстных объятиях отдались в сердце яркой вспышкой и прокатились по телу волной желания.
– Я и забыл, когда в последний раз видел такую красоту вблизи, – послышался довольный возглас Фенриса. – Чур я первый!
Инео понял, что здесь будет происходить в ближайшие часы, и это мигом остудило его пыл. Он переглянулся с Ахигой, на лице которого мелькнуло неодобрение.
– Не стесняйся, красавица, мы тебя не обидим! – Фенрис потащил сопротивляющуюся Санару в противоположный угол темницы к свободному матрасу.
Инео обвел взглядом присутствующих. Одиннадцать мужчин. Помимо себя самого и Ахиги он заметил молчаливое осуждение лишь на лицах двоих. Остальные поедали Санару похотливыми взглядами.
В ушах нарастал странный гул. Он слышал крики воронов вперемешку с девичьими рыданиями.
Но Санара не плакала. Она бесшумно всхлипывала, пытаясь прикрыть грудь, которую уже успел оголить Фенрис. Его грубые ладони шарили по ее телу, и от этого ужасного зрелища к горлу Инео подкатывала тошнота.
– Мы должны вмешаться, – процедил он сквозь зубы.
– Мне тоже это не нравится, но, если мы что-то предпримем, кровавая бойня начнется прямо здесь и сейчас.
Умом Инео понимал, что Ахига прав, но женские рыдания в голове становились все громче и громче, пока не затуманили его взор мутным воспоминанием."
"Он сидел у горящего камина и сжимал в объятиях черноволосую девушку. Она сотрясалась всем телом, прижимаясь к нему, словно ища защиты.
– Он изнасиловал меня. А я его убила. – Тихий, едва различимый шепот заглушил звуки плача.
Он распахнул глаза и обнаружил, что стоит в противоположном углу темницы, загораживая собой Санару, которая рыдала, не сдерживаясь. Его грудь тяжело вздымалась.
– Вали отсюда и дождись своей очереди, – злобно прорычал Фенрис.
– Не трогай ее, – убийственным тоном ответил Инео.
– Твоего защитника Джованни здесь нет, поэтому не лезь на рожон. С тобой я разберусь завтра на бойне. – Фенрис навис над Инео, но он не сдвинулся с места.
– Вот когда выиграешь, тогда и будешь требовать женского внимания. Или боишься, что по доброй воле тебя ни одна девушка не захочет? – На губах Инео появился хищный оскал, но в ушах все громче и пронзительнее звенел женский плач.
– Инео, эта девчонка – рабыня из дома удовольствий, – заговорил Лирай, один из дружков Фенриса. – Она мужчин обслуживает по десятку на дню. Ей такое не в новинку.
– Я не из дома удовольствий, – раздалось позади него. – Я случайно разбила любимую вазу госпожи, и господин отправил меня сюда в наказание.
Инео скривил рот.