В июле 1135 года, когда мир разделился на два отдельных царства, Рэндалл испытывал невообразимую тревогу. Уставившись в распахнутые двери просторного холла, он извивался от напряжения, каждый звук сна из-за них заставлял его сердце ёкать, словно железная цепь. Тем не менее, даже жара июня не могла охладить его нерешительность и страх....
Три месяца назад, Голдкасл
Тристан сидел на лавочке под сенью высокого дуба и читал какой-то глупый женский роман, который отыскал на полке у Кристин. Сюжет в нем был до постыдного примитивным, но его забавляли некоторые пикантные, а то и вульгарные сцены. Он не ожидал встретить в книге для юных девиц столько похабщины, а после очередной ссоры с отцом настроение от чтения этой белиберды заметно повысилось.
К середине книги Тристан уверился, что написала сие творение неопытная девственница, в глаза не видавшая голого мужчину.
На мгновение дыхание Тристана сбилось, а сердце пустилось в галоп, но он быстро взял себя в руки и натянул привычную нахальную маску.
– Какие люди! – Он спрятал книгу во внутренний карман сюртука и вальяжной походкой направился к супружеским парам. – Не ожидал, что вы приедете.
– Это еще почему? – спросил Уилл с широченной улыбкой, пожимая руку Тристана.
– Думал, Рэндалл сделает папеньке более весомый подарок и сломает себе ногу или, что еще лучше, свернет шею.
Рэндалл демонстративно закатил глаза, но руку для приветствия все-таки протянул.
– А от тебя, Уилл, не ожидал, что ты оторвешься от юбки жены.
Тристан заставил себя взглянуть на девушек. Аврора приветливо улыбалась, отчего на ее румяных щеках, которые заметно округлились, играли ямочки. Она прибавила в весе из-за беременности, но это ее ничуть не портило. Она, напротив, стала до неприличия хорошенькой и аппетитной. Тристан уже предвидел, как все мужчины Фортиса будут таращиться на нее и пускать слюни, а Рэндалл метать в них убийственные взгляды.
– Ожидание ребенка тебе к лицу, маленькая княжна! – Тристан нахально подмигнул Авроре и поцеловал пухлую теплую ладонь.
"Рядом с пышущей здоровьем Авророй, которая минутами ранее бодро выпрыгнула с кареты, несмотря на то что рожать ей уже через месяц, Анна выглядела болезненно.
