Отдавать приказы… Орешек вспомнил единственный случай, когда ему довелось кем-то командовать.
Вот стоит он на ярко освещенной сцене, в вышитой золотом рубахе и бархатном плаще (одежда заштопана в восьми местах, но зрители со своих скамей этого не видят). Красиво подняв деревянный меч, он звучно провозглашает: «Вперед, мое доблестное войско!» И доблестное войско (в количестве пяти пропойных морд) дружно устремляется вперед…
А здесь настоящий гарнизон! Три сотни наемников!
Но он не готов к этой роли! Он не справится!
А что сказал бы Аунк?
В ушах самозванца зазвучал, как наяву, хрипловатый голос: «Если на свинью надеть хомут, она не станет лошадью. Убирайся восвояси, ты, Хранитель с большой дороги!..»
Но ведь до сих пор он как-то справлялся… А помощники у него хорошие, это и слепой бы понял. Даже шайвигар — хоть ворюга, а домовитый, крепость обустраивает, как свое подворье… С такими помощниками даже осиновый чурбан сможет сойти за Хранителя…
И если уж на то пошло, отдавать приказы ему, Орешку, очень даже понравилось!
Что ж, правильно говорит пословица: «Разбитое яйцо не склеишь, так надо его хотя бы выпить!..»
Угрюмое выражение исчезло с лица парня. Он плюхнулся на кровать и засвистел «Зимнюю песню бродячего актера»:
Мне приют за песню дайтеХоть до ласточек в саду!На мороз не выгоняйте —По весне я сам уйду…Песня была жалобная, но Орешек высвистывал ее с веселым вызовом.
Если бы в этот момент его увидел Илларни, он тяжело вздохнул бы. Мудрый старик знал, что легкомыслие и беспечность могут выглядеть мило и обаятельно, но сжирают человеческую душу так же беспощадно, как лень и ложь…
Всю жизнь за Орешка принимали решения другие: Илларни, Раушарни, Вьямра, Аунк. Единственным самостоятельным поступком была отчаянная попытка разыскать хозяина, хотя проще и спокойнее было бы остаться в мирной и доброй семье пекаря (кстати, Орешек и сам не раз говорил себе это, укладываясь спать на промерзлую землю у разбойничьего костра)."
"А теперь парень безуспешно пытался внушить самому себе серьезность положения, в которое он вляпался обеими ногами. Высокая ответственность… триста солдат, ожидающих приказов… больше сотни жителей «городка», о которых надо заботиться…
«И зеленоглазая красавица, которая смотрит на тебя с восторгом и любовью!» — вильнули в сторону дерзкие мысли.
И больше в этот вечер Орешек не мучил себя тяжкими раздумьями.
22
— Что ж, Шайса, пока все идет прекрасно. Нуртор собирает войска, да как быстро собирает! Неплохой вождь — энергичный, с твердой рукой…
— У него все было готово заранее, господин мой. Нуртор давно мечтал напасть на Грайан. Наш колдунишка его к этому только подтолкнул.
— Ты прав. Он держал, так сказать, воинов с мечами за плечами.