Но в самой Волчице этот крик — гневный, яростный, безнадежный — что-то изменил или сломал. Так талая вода сносит лед на реке, так землетрясение перекраивает рисунок полей и дорог, озер и горных хребтов.
Ужас сменился холодным гневом, спокойной ненавистью уверенного в себе человека.
Из мглы ушедших веков благословляющим жестом поднял руку Первый Волк, Великий Маг.
Не обращая внимания на лязг оружия в двух шагах от себя, девушка встала на край парапета, чтобы лучше видеть все внизу. Она не торопилась, ей больше некуда было спешить.
Набрав полную грудь воздуха, Дочь Клана вновь закричала. Иным был этот крик, не было в нем смятения и боли. Скорее походил он на протяжную песню или волчий вой. Он плыл над гребнем стены, становясь все ниже и ниже. И люди, застигнутые этими властными звуками, опускали оружие, цепенея от подкатившего к сердцу страха.
Вновь и вновь глубоко вдыхая воздух, продолжала Дочь Клана странную и жуткую песню. Звуки становились еще ниже, еще глубже… вот они уже походили на голос мужчины… а вот — на рык зверя… а вот — на отдаленный рев Подгорного Чудовища…
Наконец, опустившись ниже грани, за которой могло воспринимать ее человеческое ухо, песня стала беззвучной — но не исчезла. Напротив, только сейчас обрела она всю полноту чародейской силы.
Незримая пелена кошмара опустилась на крепость и долину. Звуки боя сменились воплями, причитанием, криками отчаяния. Колдовская песня гладила холодными ладонями всех без разбора — и защитников, и атакующих. Люди бросали оружие, падали на землю, накрывали головы руками. Многие теряли сознание.
От южной стены неслись грохот и рев: обезумевший скот разнес деревянные загородки и в смятении носился по крепости, усугубляя панику.
Силуранские воины, побросав щиты, хлынули к воротам — не для того, чтобы открыть путь соратникам, а в слепом поиске спасения. Потеряв от ужаса рассудок, они устроили свалку у Башни Северных ворот, видя врагов в тех, с кем только что сражались бок о бок.
Арлина знала (сама не понимая — откуда), что одним из озверевших силуранцев, наносивших и получавших удары, был король Нуртор. Но это не заинтересовало Волчицу, она была поглощена тем, что происходило в ее душе, где пробудился дар Истинной Магии.
Отчаяние, чувство потери, неисцелимое одиночество — все это не исчезло, но темной мутью, тяжелым осадком опустилось на дно души. А наверху было холодное торжество, расчетливая злоба и ощущение своей власти.
Арлина отвернулась от крепости и устремила взор по другую сторону стены. Долина почти опустела — вражеские солдаты спешили скрыться в лесу. Волчица пустила вдогонку неслышную руладу, заставившую многих без памяти рухнуть в высокую траву на опушке.
Что-то случилось со зрением девушки.