А увлеченный его рассказом Илларни рассеянно покивал:
— Возвращайся скорее, девочка…
Нурайна сорвала со стены меч и бегом вернулась к калитке. На миг она замешкалась: ей показалось, что она упустила, не заметила что-то очень важное. Но что именно — вспомнить не смогла.
* * *С довольным видом Вахра-вэш отошла от калитки. Ну вот, хоть что-то можно будет сообщить госпоже Арлине: прибежала какая-то женщина, увела с собой высокую грайанку. Очень хорошо, надо же отрабатывать серебряную монету, которую Вахра уже разменяла на медь.
Но бежать ли к госпоже прямо сейчас? Пожалуй, не стоит. Не случилось ничего важного, и на дополнительную плату рассчитывать, увы, нельзя.
Вздохнув, Вахра-вэш вернулась к своей постоянной неравной битве — одна против троих…
* * *Предвечерняя духота тяжелым одеялом навалилась на город, вызывая у прохожих глухое сердцебиение и навевая тоскливые мысли.
Нурайна прислонилась к забору, чтобы пропустить закрытые носилки, которые несли двое полуобнаженных рабов.
— Ну и жара! — устало выдохнула она. — Далеко еще?
— Далеко, Нурайна-шиу. Вот, выпей, освежись…
— Что это? — покосилась женщина на глиняную фляжку.
— Сок тхау с водой… хорошо снимает жажду.
Преодолев брезгливость, Нурайна припала к горлышку. Кислый, с горчинкой напиток был теплым, но приятным. Однако лучше после него не стало. Виски сжал обруч легкой боли, на затылок словно легла тяжелая рука.
Нурайна глянула вслед медленно удаляющимся носилкам — громоздкому сооружению из черного бархата.
— А каково тому, кто внутри? — преодолевая слабость, сказала она. — Мало того, что жара, так еще дышать нечем…
— А нам, Нурайна-шиу, носилки никто и не предлагает, — вздохнула Сахна и так же забавно сморщила нос, как тогда, у калитки.
Чуть пошатываясь, Нурайна выпрямилась. Внезапное прозрение ошеломило ее. Она вдруг поняла, что же упустила она, что просмотрела.
То, как Сахна потерла переносицу, вызвало в памяти беседу у калитки. Тогда пухлая ручка так же взметнулась к лицу, гортанный голос проворковал:
«Хочешь предупредить мужчину, с которым путешествуешь? Я подожду…»
Сахна знала, что Нурайна приехала сюда с мужчиной и живет под одной крышей с ним. В таком случае простая вежливость требовала обращаться к грайанке как к замужней женщине! Все так и называли ее: Нурайна-вэш!
А эта девица упорно величает ее «Нурайна-шиу». Откуда она знает…
Накатывала слабость. Перед глазами плыли цветные пятна. А встревоженный разум продолжал искать ответ.
Только один человек — по ее собственному требованию — именовал ее «Нурайна-шиу». Нхари-дэр… Смотритель ковра и подушек…
Нурайна повернула отяжелевшую голову и в упор взглянула в лицо Сахне.