Беглый раб по ошибке назначен командиром пограничной крепости. Вместо побега ему предстоит защищать укрепление от вражеской армии. Сможет ли самозванец спасти крепость и раскрыть тайну своего происхождения в разгаре боевых действий?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Хранитель: Хранитель пограничной крепости. Душа пламени. Встретимся в Силуране»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Беглый раб по ошибке назначен командиром пограничной крепости. Вместо побега ему предстоит защищать укрепление от вражеской армии. Сможет ли самозванец спасти крепость и раскрыть тайну своего происхождения в разгаре боевых действий?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ольга Владимировна Голотвина Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
Беглый раб по ошибке назначен командиром пограничной крепости. Вместо побега ему предстоит защищать укрепление от вражеской армии. Сможет ли самозванец спасти крепость и раскрыть тайну своего происхождения в разгаре боевых действий?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А как наступает полнолуние — вся деревня превращается в чудищ… ну, вроде двуногих волков. Эти оборотни носятся по лесу. Если поймают путника — сожрут…
— Вот про это ты и собирался читать? — негромко, но с явной угрозой спросил Пилигрим. — При барышне… то есть при девушках… в темнице… да еще вечер вот-вот настанет…
— Не хотите — как хотите! — оскорбленно отозвался поэт. В глубине души он сам признавал, что стихи не подходят для чтения в таком мрачном месте, но обида все же сводила горло.
Фаури поспешила вмешаться:
— Тогда пусть Рифмоплет прочтет свое самое-самое последнее творение!
Неожиданно поэт смутился:
— Я… госпожа… это не совсем удобно… я не уверен…
— А! — догадалась Ингила. — Куплетики не для женских ушей! Верно-верно-верно?
Юноша оскорбленно вскинул голову:
— Я не опускаюсь до кабацких виршей! Мое призвание — высокая поэзия!
— Жаль! — разочарованно вздохнула Ингила. — За кабацкие вирши в любом трактире накормят и напоят, а с высокой поэзией зубами с голоду залязгаешь. На нее любителя еще поискать…
— Любитель уже здесь! — твердо сказала Рысь. — Я просто требую, чтобы ты прочитал мне свое последнее стихотворение!
— Не знаю, уместно ли это… Оно — про Вечную Ведьму. Госпожа на постоялом дворе рассказала нам… я долго думал, каково это — жить и помнить прошлые жизни…
— Как интересно! — загорелась Фаури. — Читай сейчас же!
— Все-таки жаль, что нет лютни, — вздохнул поэт, игнорируя сердитое покашливание Пилигрима. Он посерьезнел, подался вперед и заговорил негромко, размеренно, напряженно:
Опять неслышными стопами в мой дом бессонница вошла,Опять безжалостная память меня сквозь вечность повлекла.Сухим и пыльным покрывалом в окне полощется рассвет,А я ищу, ищу начало в стальном кольце ушедших лет.Но нет конца, и нет начала, и нет разрыва в той черте…Я бы рыдала и кричала, но крик утонет в темноте.Глаза бессмертия суровы — не умолить, хоть в голос вой…Века черны, века багровы, века покрыты сединой.Сокол подался вперед, словно желая остановить поэта, но промолчал — не так-то просто было прервать эти пульсирующие в полутьме строки.
Под пеплом мертвых лет таится след первой юности моей…Ах, я легка была, как птица, и не боялась бега дней!Сейчас я заблудилась в прошлом, как в череде слепых зеркал,А раньше — падал летний дождик, и мир, как радуга, сверкал!Легко творить мне было чары — как на рассвете песню петь!Я и не думала про старость, но так страшилась умереть!Тянусь я к юности, но снова все рассыпается золой…Века черны, века багровы, века покрыты сединой.Фаури потрясенно поднесла к губам тонкие пальцы.
