Ни один по-настоящему запертый не способен впитывать Силу. Значит, окружающие его барьеры – с изъяном. Пройдёт время, Сила заполнит его – и он из закрытого превратится в открытый… но до этого ещё далеко. А вот мы можем рискнуть и двинуться вперёд – с тем чтобы уже оттуда искать пути возвращения в Долину.
– Не самая удачная мысль, но в создавшемся положении… – пожал плечами Эгмонт.
– Согласен, потому что ничего иного нам просто не остаётся, – поддержал его Мелвилл. Оба мага держались спокойно, уверенно, как и положено бывалым боевым волшебникам. А вот Эвис явно «плыла». Губы её тряслись, взгляд судорожно перепрыгивал с одного её спутника на другого; она силилась что-то сказать, но из горла вырывался только хрип.
Клара терпеливо ждала. И даже – незаметно для Эвис – сжимала локоть готовой возмутиться валькирии, для которой непереносим был вид любой трусости и малодушия. Такое бывает – даже с самыми лихими магами. Они могут проявлять чудеса храбрости на поле боя, лезть в самое пекло и лишь смеяться над собственными ранами. Они смелы и отважны, пока видят перед собой реального врага и понимают, что в их силах дать этому врагу сдачи, сколь бы силён он ни казался. Однако это лишь внешняя сторона мужества. Гораздо труднее научиться держать себя в руках, когда на тебя надвигается неотвратимая, неосязаемая смерть, и у тебя нет против неё никакого оружия, кроме крепости собственного сердца.
Эвис была ещё слишком молода. Ей предстояло многому учиться. Это чем-то напоминало Кларе её собственную молодость… давно ушедшую молодость.
– А что… что, если мы не сможем оттуда выбраться? – наконец выдавила Эвис.
Клара философски пожала плечами.
– Магия крови сильна. В конце концов, станем местными богами, потребуем принести нам в жертву десять тысяч быков и вознесёмся в Эмпиреи! – попыталась она пошутить."
"– Кстати, вполне разумный план, – заметил Эгмонт. – Стоит задуматься, Клархен! К тому же я ещё ни разу не был богом. Что, если мне это понравится?.. Прикажу всем красивым девушкам, что будут приходить на поклонение, раздеваться передо мной, и…
Волшебным образом незамысловатая эта острота привела Эвис Эмпладу в чувство.
– Очень быстро надоест, – фыркнула она. Щёки её порозовели – от подступающего стыда. Из девчонки будет толк, вновь с одобрением подумала Клара Хюммель.
– Ну, вот когда надоест… – шутливо развёл руками Эгмонт.
– Тогда пошли? – предложил Мелвилл. – Тави пока ещё в себя не пришла, но корпид скоро перестанет действовать. Не хотел бы я тогда видеть, как эта бедняжка мучается…
– Эй, как там тебя, Кицум, что ли? – Райна бесцеремонно встряхнула старика за плечо. – Давай, поднимай свой зад. За тебя это никто не сделает.