Автор
В мире магических мечей, где гномы и друны правят лесами, два величайших оружия в один голос пробуждаются. Сидри Дромаронг, гном из рода Драгнир, завладел древним мечом Драгнира с помощью хитрости и коварства, а Иммельсторн, владыка лесов, пал в жертву злому трюку. Воля судьбы определила их на встречу, превратив мечи в мощный противостояние....
– Сопляки, болваны, недоучки!!! Где были мои глаза?!! Вас всех надо… надо… я просто не могу даже представить, что с вами надо сделать! Отвечайте – вы взяли от него золото?!
Клара еле-еле выдавила из себя, что Павший, мол, пообещал: Гильдия ни в чём не будет знать теперь недостатка.
– Это золото, – прежним жутким голосом продолжал Инациус, – расплавим. Всё, до последней крупинки. Перегоним в свинец. Заставлю этих лежебок Алхимиков как следует потрудиться!.. А вы все – вон, прочь, уходите с глаз моих! Сил видеть вас нет! Марш по домам, и носа не показывать, пока я не позову! Дай сюда пергамент, Клара!
И тут Клара Хюммель, почтительная ученица доброго старого волшебника Архимага Инациуса Коппера совершила, наверное, свой самый безумный поступок за все триста лет жизни.
– Слово мага больше его жизни, – медленно сказала чародейка – нет, не просто чародейка, а истинный боевой маг по найму, глава стариннейшей и гордой Гильдии, никогда не нарушавшей своего слова.
Глаза Игнациуса полезли из орбит.
– Т-ты… ты-ы-ы… – просипел он, вытягивая трясущуюся руку.
– Кто-нибудь хочет пойти со мной? – вставая, сказала Клара. – Никого не зову, но…
– Да простит меня милостивая госпожа, но я был бы счастлив и горд служить вам в этом походе, – неожиданно проговорил Кицум. – Мне, милостивая госпожа, тут, среди чародеев, делать нечего. Мне б к простым людям попасть – а там хоть на плаху.
– Я тоже не оставлю вас, кирия, – поднялась Райна. – Я присягнула вам на верность, и от этой клятвы меня освободит только смерть, – в обычном своём высокопарном стиле закончила воительница.
"– Я пойду с той, кто дважды спасал меня. – Тави встала плечом к плечу с валькирией. – Пусть я простая смертная, но мы не забываем добро.
Трое магов мрачно молчали. А вот Сильвия уже невесть каким образом оказалась возле самого кресла Архимага и сейчас гладила свесившуюся с подлокотника сухую, морщинистую руку. Взгляд её не предвещал Кларе ничего хорошего.
