Автор
В мире магических мечей, где гномы и друны правят лесами, два величайших оружия в один голос пробуждаются. Сидри Дромаронг, гном из рода Драгнир, завладел древним мечом Драгнира с помощью хитрости и коварства, а Иммельсторн, владыка лесов, пал в жертву злому трюку. Воля судьбы определила их на встречу, превратив мечи в мощный противостояние....
– У девчонки сейчас начнётся болевой шок, – отрезала Клара. – Держи ее крепче, Райна![8]
– Слушаюсь, кирия! – Воительница прижала обеими руками плечи Тави. Клара откупорила пузырёк тёмного стекла, отмахнула воздух над горлышком к себе, вдохнула, поморщилась.
– Ядрён… Эвис, твоя работа?
– Нет, – сообщила юная чародейка. – У самой Мескот[9] брала.
– Вот уж не знал, что повитуха Ирэн промышляет такими снадобьями, – мрачно удивился Эгмонт.
– Она много чем промышляет, – фыркнула Эвис.
– Да тише вы! – гаркнула Клара, решительно опрокидывая пузырёк над опухолью и мгновенно принявшись втирать в кожу маслянисто-чёрные капли.
"Пару секунд Тави лежала, как и прежде, глухо постанывая от боли, однако стоило жуткому зелью приняться за дело, как девушка взвыла нечеловеческим голосом, тело выгнулось дугой; железную хватку валькирии Райны Тави разорвала в один миг; колотясь руками, ногами и головой, девушка покатилась в сторону с Тропы – в Межреальности это означало верную смерть.
В нескольких шагах от слабо светящейся полоски «земли» (хотя на самом деле эта субстанция ничего общего с настоящей почвой, конечно же, не имела) начиналось истинное Ничто, не таящие многочисленные опасности заросли Дикого леса, что блуждают, подобно тополиному пуху, из края в край всей Сферы Миров, добираясь притом и до самого Дна, а именно Ничто.
Эгмонт, точно тигр, бросился на бьющуюся в конвульсиях Тави, опередив даже отчаянный крик Клары. Навалился, прижал всем телом; недолго думая, Райна и Эвис бухнулись сверху, однако сила бивших Тави судорог ещё некоторое время была такова, что всю эту груду тел (причём в доспехах!) едва-едва не разбросало.
Наконец корчи утихли. Клара и Мелвилл помогли остальным подняться. Тави лежала без чувств, однако лицо её порозовело и дыхание стало ровным. Боль отпускала, разжимая свои когти.
– Хорошая штука – корпид, – заметил Мелвилл.
– Ага, если только не знать, из чего эту дрянь варят, – откликнулась Эвис, сдувая прядь со взмокшего лба.
– Так, ладно, хорош болтать. – Клара вновь стала сама собой – походным командиром, а поскольку ей не раз и не два доводилось предводительствовать именно наёмными, сражающимися за золото армиями, то и словечки с интонациями подобрались соответствующие. – Надо решить, что делать дальше.
