В темном углу родного города царит тьма и мрак. Летний дождь не прекращается, словно подчеркивая безысходность и одиночество главной героини. Вдали виднеется только серый будничный седан — знак того, что она движется к своей судьбе, при этом сама почти не замечает это.
– Что… что… – я дрожала так, что зуб на зуб не попадал и не удавалось выговорить свой вопрос.
Аркарион медленно качал меня, растирая плечи руками.
– Меня разбудил свет твоего орамера. Ты металась, твоя кожа вдруг начала покрываться инеем. Что случилось, Лекс?
Я лишь отрицательно замотала головой, смаргивая слезы. Кто бы мне объяснил, что происходит. Тело продолжала бить дрожь. Все мое существо наполняла тревога, а в мыслях еще звучали крики сгорающих в синем пламени людей.
Глава 16
/Хранительница/
Заснуть удалось не сразу и даже не из-за начавшейся лихорадки.
На утро я проснулась в объятиях Аркариона: лихорадка не отпустила. Несмотря на боль в мышцах и общую слабость, меня объяло спокойствие, будто Арк охранял мой сон. Кажется, почувствовав мой взгляд, он открыл глаза, мимолетно улыбнулся, обняв крепче. Но нахмурился, когда коснулся моей щеки.
– Ты вся горишь.
Он занялся приготовлением для меня отвара. Правда, тот не особо помог. Это не простуда, не вирус, а, кажется, последствия сна. Меня продолжало трясти от холода, сводить мышцы болью. Лихорадка продлилась до вечера следующего дня, потому двинуться в путь нам удалось только через день. К тому моменту съестные припасы подходили к концу, и нужно было скорее добраться до схрона.
Мужчины теперь проявляли повышенную заботу, похоже, тоже перепугались той ночью.
К счастью, погода наладилась. Тучи рассеялись, выглянуло солнце, позволив нам избавиться от теплой одежды.
***
Горы не просто так носили название Млечный путь. Порода изобиловала вкраплениями серебряной и молочного цвета крошки, придавая ей кремовый или серебристый цвет. К Храму Неба вела горная дорога, у основания которой мы пополнили запасы.
