Лизавета понятия не имела, где этот Монте-Реале и что там, но Тилечка закивала.
— А вы там были? — тут же зацепилась она за интересное.
— Конечно, и не раз. У меня там неподалёку дочь замужем.
Он открыл им дверь и предложил следовать за ним. Лизавета уже на лестнице поняла, что отучилась ходить в длинном платье, была подхвачена под руку и зафиксирована в таком положении.
Сокол знал дорогу в замковый храм, а у входа их уже поджидали остальные. Лис придирчиво оглядел Лизавету — она старательно смотрела в пол — и разрешил проследовать внутрь.
После службы, о радость, им накрыли завтрак. Это великолепно. Пирожных с кремом не предлагали, но свежевыпеченные пироги и булки с маслом — пожалуйста.
А после нужно было придумать, в чём идти на бал. То есть вариантов-то не было — проклятущее чёрное платье. Но вместо чепца Крыска разрешила надеть дорожную шапочку, и нашла где-то кусок серебристой сетки, в которую можно было сложить Лизаветины три волосинки и прикрепить сзади под шапкой. Тилечке Лизавета заплела косу от уха до уха, и обвернула её куском той же сетки. Получилось неплохо. А основную массу волос ей, как юной деве, можно было распустить.
Наконец-то есть повод накраситься. Достать ларец от госпожи Клары, пройтись по лицу пудрой и румянами, растушевать тени, подвести глаза, начернить и удлинить ресницы. Восторженно заверещавшая при виде готового Лизаветиного лица Тилечка тоже получила немного теней и накрашенные ресницы. И на губы тоже нужно добавить немного тона.
Ещё радость — открытая сорочка. У Лизаветы такая была одна, как и у Тилечки. В дороге бесполезна, там лучше наоборот, чтобы под горло, а тут — хоть часть декольте показать. Правда, настоящее платье знатной дамы содержало в себе корсет, и шнуровка у него сзади, а не спереди, ну и ладно.
А Крыска-то оказалась готова к балу! Она спустилась к ним с корсетом и платьем, и Тилечка шнуровала ей корсет, привязывала валик на бёдра, потом надевала и тоже шнуровала в поясе юбку, а потом уже лиф платья. Вот что, оказывается, шила для Крыски госпожа Макария!
Черное платье из тонкой шерсти было расшито серебряными звёздочками, каждая — с маленькой жемчужной бусинкой. Буфы рукавов перевиты серебряной тесьмой, и треугольная форма лифа подчёркнута полосками той же плетёной тесьмы. Край сорочки вышит чёрным шёлком, прямо как у Сокола. И надо всем этим — роскошный кружевной воротник. И причёска, пышные волосы перевиты той же серебряной тесьмой, очень красиво. В ушах и на шее — жемчуг.
Хоть бы предупредила, зараза. Так-то Лизавета умела и шить, и вышивать, уж как-нибудь бы вечерами в пути довела своё платье до ума. А теперь придётся идти, как облезлой Золушке.