Куда б я делся, скажите?
— Рассказывай, хотя бы в общих чертах и без подробностей.
Астальдо принялся рассказывать — без подробностей. Сколько дней в пути, каким образом, где, как добыли обе части сокровища, как пришлось потом их защищать.
— И где сокрыта последняя часть — не могу вам сказать, потому что сам этого пока не знаю.
— И не говори, — покачал головой Магистр. — Возьмёшь — так возьмёшь, а нет — так и говорить будет не о чем. Амброджо рассказал тебе, какую глупость учудил? Мало того, что разгромили лабораторию, так ещё и четыре человека погибли. Взрыв был такой, что дыру в крыше до сих пор не заделали, и даже из дворца присылали узнать, что у нас тут творится. Я посадил его на хлеб и воду под стражу, хочешь — поговори с ним, не хочешь — твоё дело. Только толку с него не будет.
Это Астальдо и сам знал. И это оказались ещё не все плохие новости.
— Слушай теперь, что здесь у нас. Великий Герцог болен — так объявили на площади. Его милость Пьетро пока ещё официально не представлен ни Совету Десяти, ни Магистрам Орденов, но молва говорит о том, что это вскоре случится. На этом фоне нам совершенно не нужно излишнее внимание к Обители. Свет уже рассорился с его милостью, потому что во дворце как-то плохо обошлись с лекарем, которого сами же туда и попросили. Теперь из Обители Света лекарей во дворец не посылают, а саму Обитель едва не взяли в осаду, но подошли Лучи, и всё закончилось понятно как. Лучи держат нейтралитет — пока, их Магистр, молодой Джеронимо Таренто, как-то очень доходчиво объяснил его милости, что не нужно трогать служителей Великого Солнца, как бы они ему ни служили — добрым словом ли, мечом или молитвой. И что в Ордене Луча достаточно обученных магов, которые, при необходимости, разберут по камню хоть герцогский дворец, хоть любое другое здание Фаро. Понимаешь, как вовремя ты вернулся?
— Понимаю, — вздохнул Астальдо.
Новости настораживали.
— И последнее. Кто сидит у нас в подвале под именем Морского Сокола?
А вот этого вопроса Астальдо никак не ожидал, он был уверен, что всё сделано чисто и Магистр не прознал о его самовольном решении выпустить узника. То есть знал, что Астальдо готов выпустить его на время подготовки похода, но был уверен, что Астальдо уехал, а Фалько — остался.
- Пандольфо, глава Тайной Службы его милости Великого Герцога.
— Час от часу не легче. А где всё это время был пленник, за которого мы поручились нашим добрым именем?
— Со мной. И сейчас он снова в обители.
— Как тебе это удалось?
— Повезло, — Астальдо не был готов вдаваться в детали. — И завтра он мне ещё будет нужен. На один только день.
А потом уже не важно, что там будет дальше.
— Хорошо. Я молчу о тебе и о нём ещё один день. А завтра вечером ты вернёшь его на место.