И с ней, и мимо меня никто не проберётся, если что.
Так они и сделали. В купальне нашлось достаточно воды, Тилечка даже успела её подогреть. В мешке нашлась чистая рубаха. Эх, а наутро, наверное, придётся одеваться по парадному… Видно будет.
Фалько прогнал спать Тилечку, потушил свечу и забрался под одеяло к Лизе. Лиза была тёплая и дышала. Пусть проснётся к утру, что ли?
И это уже была определенно последняя на сегодня мысль.
4.11 Лизавета во тьме
Лизавета пришла в себя в полной темноте. Чуть приоткрытые глаза не увидели ничего, она сразу и закрыла их тут же обратно.
Последним воспоминанием была боль. Невероятной силы боль, перед которой меркли все прошлые воспоминания о болезнях, травмах, операциях и прочем. Сейчас боли не было, но ровно до тех пор, пока она не попробовала пошевелиться. Тут же отозвались все суставы в обеих ногах, обеих руках, и ещё позвоночник. Значит, лежим и не шевелимся. И пытаемся понять, где мы вообще и «что-кого».
Лизавета определённо лежала в постели. В очень удобной и мягкой постели, всё, как положено — перина, подушки, широченное одеяло. Постельное бельё было очень приятным к телу, из хорошего тонкого полотна. Её саму кто-то добрый переодел в чистую рубаху, и это очень мило, потому что она была вся мокрая и грязная. Правая коленка отзывалась на прикосновение одеяла — ну да, она ж её разбила вчера в подземных коридорах. Ещё что-то помнилось про удар головой, и точно — правый глаз открывался особо болезненно.
На шее привычным образом надет кожаный мешочек. Фалько вернул ей артефакт? Почему?
Кровать казалась огромной. С правой стороны рука нащупала ещё много свободного места, а вот с левой… Тепло, дыхание и совершенно определённые ощущения не позволили ошибиться. Лизавета даже попробовала пошевелиться в ту сторону, несмотря на боль, и дотянуться, чтобы убедиться окончательно, но он стремительно повернулся и взял её за руку.
— Лиза, — выдох как выстрел.
— Фалько… — все живы.
Господи, хорошо-то как.
— Лиза, как ты? Болит?
— Пока не шевелюсь — нет.
— Но слава Солнцу, ты очнулась. Лекарь сказал, если очнёшься до заката — есть шанс, что восстановишься. Ты очнулась даже до восхода, — он наклонился и поцеловал её, и она тоже чуть шевельнула в ответ губами, просто потому, что он вот, здесь, есть, и наверное, дальше всё будет в порядке…
— Какой лекарь?
— Хороший лекарь из Ордена Света. Утром обещал ещё прийти, увидишь сама.
— Погоди, а Тилечка? Вы спасли Тилечку?
— Да, спит за стенкой. Жива и здорова.
— А где мы вообще? Тут так темно.
— Во дворце. Тебя нужно было положить и не тревожить, и отсюда, честно говоря, проще командовать, чем из обители Ордена Сияния. Поэтому я решил остаться здесь.
— А что скажут хозяева дворца?
Он рассмеялся — беззаботно, весело и очень тихо.