Автор
Шанель готовится к важному событию, но ее уверенность рушится, когда Джадд подрывает все планы. Три месяца отпуска изменили мир Шанеле, открывая новые двери и вызывая непредвиденные чувства. Каждый день кажется мрачнее предыдущего, пока неясный гость не заставляет ее задуматься о настоящем значении своего сердца....
Как и чаури, ее юбка доходила до икр, блузка также была без рукавов, но на этом сходство кончалось. Она не употребляла легкого полупрозрачного материала, из которого изготавливались юбка и верхняя часть чаури. Одежда Шанель была сделана из прочной белой материи, тонкой, но непрозрачной, и расшита серебром. Юбка была узкой; короткая блузка свободно облегала фигуру. Вместо сандалий на ней были ботинки, и даже волосы были туго стянуты узлом на затылке, а не свободно распущены.
Конечно, она упустила один важный момент, как бы само собой разумеющийся.
Но посетители этого знать не могли. Сами они были в плащах, что, по-видимому, являлось у них символом королевского достоинства, а Шанель одна из своей группы носила плащ.
Она наконец решила взглянуть на человека, который заставил толстяка извиняться. Видимо, это и был Высокий Король. Одет он был не богаче, но все же чем-то походил на короля. Да и выглядел он неплохо: коротко остриженные светлые волосы, изумрудно-зеленые глаза, идеальный, с точки зрения Шанель, рост в сто восемьдесят сантиметров. Ничего устрашающего в короле не было.
Шанель то ли не сразу его заметила, то ли он не обращал на нее внимания, пока не понял, кто она такая. Теперь от его улыбки внутри у Шанель все заныло.
— Мне говорили, что вы прекрасны, — сказал король, слегка поклонившись. Вероятно, со стороны особы королевской крови это было неслыханным проявлением вежливости. — Я думал, что это преувеличение, но теперь вижу, что вашу красоту недооценили.
Шанель не хотелось выслушивать подобную чепуху, а тем более отвечать на нее.
— Если вы все еще хотите добраться до города, то можете использовать трех наших хатааров.
— Мы с радостью принимаем ваше предложение, — проговорил король Джорран. — Я поеду с принцессой, — сказал он своим людям.
— Я не принцесса и боюсь, что вы не сможете ехать со мной. Воинам моего отца это не понравится.
— Я рад, что ваша добродетель так хорошо охраняется, — ответил король. В его голосе явно звучала досада от полученного отказа. — Разумеется, моя королева должна быть в неприкосновенности.
