В далеком будущем, где время словно стопорится, дама в серой шляпке обречена на вечное пребывание. Настоящая ли это чудо или провал? Пока никто не знает. Но стоит лишь постичь тайну ее существования, и все окончательно развалится. Жизнь каждого теперь зависит от быстроты — ведь смерть приближена....
– Да-да, – откликнулся солидный и положительный голос в трубке.
Кирилл представил себе обладателя этого голоса – лысого, как бильярдный шар, сладкого, как рахат-лукум, в очочках и с мягкими белыми руками. И еще непременно в синем костюме.
– Мне нужна ваша помощь, Петр Борисович, – продолжил Кирилл, – Волин сказал, что вы можете помочь.
– Я немного помог Владимиру Петровичу, – осторожно сказал рахат-лукум, – у вас такое же… затруднение?
С этого момента начинался чистый экспромт, и Кирилл, дотянувшись до пачки, закурил следующую сигарету.
– В вашем институте года три назад зарегистрировали торговую марку “Северный олень”. Это обувь. Теплая обувь для экстремальных климатических условий. Видели рекламу?
– Не припомню, – признался сахарный Петр Борисович, – но можно посмотреть.
– Да. Посмотрите, пожалуйста.
""Северный олень” придумался сам собой, но Кирилл отлично знал, что, чем убедительнее и глаже человек говорит, тем безоговорочней ему верят. А если при этом называть в разговоре какие-нибудь фамилии, о которых собеседник знает, что они – свои, никакие проверки не потребуются.
– Они регистрировались года три назад, – продолжал Кирилл настойчиво, – и я точно знаю, что у вас. Мне нужно, чтобы мой “Северный олень” был зарегистрирован раньше. Волин сказал, что вы в этом все понимаете. Я-то ничего не понимаю. Я бизнесмен, а не юрист.
Петр Борисович на другом конце провода моментально осознал собственную значимость и свою необычайную ценность для бизнеса.
– Это непросто, – проговорил он, становясь даже не сахарным, а паточным, – это требует… определенных усилий.
– Естественно. Мне нужно только, чтобы все было по-настоящему и чтобы меня ни в каком районном суде потом не взяли за одно место за подделку документов.
– Прошу вас, не нужно произносить по телефону подобных слов! – взмолился Петр Борисович. – Это совершенно ни к чему, я и так все отлично понимаю.
– Значит, я могу быть уверен, что все будет сделано как надо?
– Это зависит от оплаты, Кирилл Андреевич, и больше ни от чего.
– Сколько вы берете? – Кирилл уже шел напролом, понимая, что дело почти сделано – он получил ответы на все свои вопросы.
– Два процента от прибыли, – сказал Петр Борисович доверительно.
– Недешево, – весело констатировал Кирилл.
– Так ведь и работа непростая, – как бы извиняясь, пояснил Петр Борисович, – я отвечаю за качество, уважаемый Кирилл Андреевич.
