Но боль в груди говорила иное. И он не сомневался: независимо от того, реальность это или галлюцинация, если прыгнуть в реку, ему придется плохо, как никогда. Река-то уж точно была достаточно реальной.
Что из этого – настоящее? Что он должен сделать? Неужели придется проплыть мимо девочки и бросить ее? Если вообще удастся заплыть так далеко…
– Трудный выбор, – произнес кто-то за спиной Саймона.
Ему не нужно было даже оборачиваться, чтобы посмотреть, кто это: голос был хорошо знаком. На хвосте деревянного лебедя стоял Джейс.
– Вот что самое важное. Выбирать трудно. И никогда не становится легче.
– Помощи от тебя не дождешься, – проворчал Саймон и стал сбрасывать обувь.
Джейс глянул на воду и поежился.
– Так что, ты все-таки прыгнешь? Даже я бы дважды подумал, прежде чем на такое решиться. А мне, как ты знаешь, нет равных.
– Почему ты во все суешь свой нос? – спросил Саймон.
– Я всегда там, где Клэри.
Тела девушек относило течением.
– Что ж, я тоже. – И Саймон спрыгнул с правого борта лодки, зажав нос. Ему и в голову не пришло сделать это красиво. Театр никому здесь не нужен. Достаточно просто прыгнуть.
Боль от воды оказалась куда хуже, чем Саймон ожидал. Словно прыгаешь сквозь стекло. Ледяной холод охватил тело, выдавив из легких весь воздух. Саймон потянулся к лодке, но ту уже отнесло течением, а Джейс стоял на хвосте и махал рукой. Одежда тянула Саймона на дно, но он продолжал бороться. С огромным трудом двигая руками, он лег на воду и попытался плыть. Казалось, все мышцы в теле разом свело судорогой.
Никто из них не смог бы здесь выжить. И это уже совсем не походило на сон. Плыть в такой воде – которая все сильнее тянула его, тянула вниз, – практически то же самое, что уже быть мертвым. Но в мыслях Саймона все-таки что-то посверкивало – какие-то воспоминания, задвинутые глубоко-глубоко. Он слишком хорошо знал, на что это похоже – быть мертвым. Ему уже приходилось разрывать землю, прокладывать себе дорогу наружу. Приходилось чувствовать землю во рту и на глазах. Та девушка, Морин, – мертва. Клэри – нет. Саймон знал это, потому что его собственное сердце еще билось – прерывисто, с перебоями, но все-таки билось.
Клэри.
Он снова потянулся наружу и стал бороться с водой. Один гребок.
Клэри.
Два гребка. Два гребка – это смехотворно. Вода куда быстрее и сильнее; руки и ноги Саймона тряслись и были совершенно неподъемными. И еще его неудержимо тянуло в сон.
– Ты не можешь просто так взять и сдаться, – сказал Джейс. Лодка кружила вокруг Саймона и сейчас плыла справа от него, но дотянуться до борта было невозможно. – Расскажи мне, что ты знаешь.
Саймон был не в том настроении, чтобы еще и отвечать на дурацкие вопросы. Река и сама земля тянули его вниз.
– Расскажи мне, что ты знаешь, – настаивал Джейс.