Автор
В лодке плещется вода снова, но на этот раз бескрайнее море вынуждает полагаться только на силу ветра и парусов. Нос тесно прижат к югу, увлекая за собой в неизведанный островной берег. Отчаянный поход встречает опасности и приключения, где каждый день может принести с собой новые испытания и морские ранения.
Потом Лга""нхи с первой оикия пошел прочесывать северную сторону, чтобы ликвидировать подобные ""сюрпризы"" и там, А я тем временем, разъяснял политику партии и правительства сбившимся в кучку рудокопам, в чьи промытые до прозрачности мозги, очень туго доходили реалии произошедших перемен.
Вот только вместо того чтобы поднять тут очередное восстание Спартака, (чего хотелось невыносимо), пришлось успокаивать, убеждать что ""все хорошо"", и уговаривать ""потерпеть немного"". Блин!- словно детишек каких-то!
Ну дык они и были словно дети. А мне необходимо было решить один единственный вопрос, - что более жестоко, - разрушить детские кумирни, оставив их одних, без каких либо жизненных ориентиров и смысла жизни. Либо оставить этих олухов в лапах злодейских эксплуататоров, которые хоть как-то, но о них заботятся..."
"...Может это была трусость, а может мудрость. Но я точно знал, что сам позаботиться об этих людях не смогу. А значит, и приручать не имею права. Тем более что и сам толком не знаю, каков же будет мой следующий шаг. А значит, все что мне оставалось, это максимально минимизировать тот ущерб, что причинило им наше появление в их краях. Так что я снова велел им позаботиться о собственном ужине. Назначив ""умника"", вместе с одним из пленных охранников, показавшимся мне наиболее приличным человеком, заведовать запасами. И распорядился, чтобы завтра, все с утра пораньше, выходили на работу словно бы в обычный день. ...А сегодня, по личному распоряжению Икаоитииоо, назначается праздник. - ""День Горняка и Слюдодобытчика"", так что едим двойные порции, (из запасов охранников), и отдыхаем.
И вот, наконец все первоочередные дела сделаны. - Территории зачищены. Дозоры расставлены. Население успокоено, накормлено до сонной одури, и разогнано по баракам.
Смолянистые ветки горят в костре, взрываясь пучками искр, а напротив меня сидит тот самый дедок, Учитель, и Жрец Пятой Ступени, имени которого я до сих пор так и не удосужился выяснить.
Впрочем, - для всех он Учитель. И вполне возможно, что уже и сам забыл те времена, когда к нему обращались как-то по иному. Так что вопрос об имени, можно конечно поднять, особенно если понадобиться надавить и принизить оппонента. ...Типа, - ""не Учитель ты, а обыкновенный Вася"". Но вот нужно ли мне это сейчас?
Пригляделся к нему повнимательнее. - Стар. Действительно стар, а для этого времени, наверное даже ""очень стар"". Однако, глаза вполне живые.
