Катастрофический грохот молча затихал за городом Вельки, а мир вокруг словно прикован тьмой ветров и домов. Свет фонарей погружает улицы в вечное сумраки, но уже через секунду огонь снова засиял, прорываясь сквозь предрассветную мглу и разделяя пространство между городом и невообразимой дали....
На складе – сухпай на сутки, аптечки и перевязочные пакеты. В парке вас ждет «парадный» БТР, водитель мой. Выдвигаетесь к зданию райотдела полиции, там поступаете в распоряжение капитана Синицына. Старший группы – майор Воробьев. Порядок связи, радиостанции – все у него. Задача сопроводить полицейских. При угрозе жизни применять оружие на поражение, но патроны экономить. В белый свет, как в копеечку, не стрелять! Вопросы есть? Вопросов нет!
– Никак нет! Есть вопрос… – Александр стиснул губы в злую, тонкую ниточку.
– Ишь ты. А какой вопрос? – буркнул командир с раздраженным интересом и положил сложенные «домиком» руки на столешницу.
Неловко переступив с ноги на ногу Александр, решился. Хитрить, врать показалось унизительным.
– Товарищ полковник! Не могу я сегодня, просто не могу… Встреча у меня важная и отменить не могу.
– С кем?
Александр упрямо сжал губы в тонкую ниточку.
– Повторяю вопрос, – Изюмов произнес с нажимом, – с кем такая важная встреча, что ты «не можешь» выполнить приказ?
Александр вздохнул тяжко, словно бросаясь головой в омут.
– С невестой…
– С невестой… – повторил Изюмов и неопределенно хмыкнул, причину он не одобрял, но понимал. Сам был молодой.
Не отпустит, понял лейтенант.
– Сейчас, лейтенант, считай, военное время, – вкрадчиво прозвучал начальственный голос, подтверждая правоту последней мысли Александра. С каждым словом голос Изюмова звучал сильнее, пока не зазвенел командирским рыком, – На раз за невыполнение приказа отправишься на гауптвахту, а потом под трибунал! Выполнять! Распустились тут! Надо же, не могу я.
Александр сильнее сжал губы, против лома нет приема!
– Лейтенант, кру-гом! – в голосе звенела сталь.
Молодой офицер четко, как на плацу, повернулся.
– Бегом! – руки Александра согнулись в локтях. Скулы закаменели, Он ненавидел себя в этот миг, но не мог поступить по-другому.
Командир крутанулся на кресле к металлическому сейфу и вытащил лист бумаги с печатью. Протянув Александру, буркнул намного мягче:
– Пропуск, жених! Без него не выпустят из города.
Едва комбат остался одни, зазвонил телефон.
– Кто еще там? – рыкнул Изюмов и поднял трубку. Через миг черты лица расправились, ничего не говорило о прогремевшей только-что грозе.
