Автор
Разнорабочие обыватели: не заклеивайте стекла пластырем! Поставьте толстые шторы, если боитесь обоев, но забудьте о белых окнах. Все напрасно. Когда убийцы квартиры – грабители по имени Шниферы – прогуливаются по улицам в поисках добычи, они легко находят безопасные помещения для взлома. Ограбленная квартира принадлежала отставному ротмистру Галахову и......
Когда рассвело, Городнов выехал из ворот на телеге, покинул Чиргуши и двинулся в сторону Монастырского леса. Благово наблюдал за ним с сеновала в подзорную трубу, пока тот не скрылся из глаз. Следом за убийцей, незаметный в утреннем тумане, следовал Лыков.
Через полтора часа Исай вернулся в село. Он привез несколько сосновых стволов, видимо, для отвода глаз. А еще через час в усадьбу неслышно прокрался Алексей и неожиданно появился перед своими товарищами.
– Ну как? – нетерпеливо спросил Благово.
Лыков молча выложил перед ним узелок, запачканный землей.
– Во! Та, что у свояка утащили.
Далее появились четыре серебряные же вилки, три ложки и, наконец, свернутый вчетверо лист бумаги. Благово нетерпеливо поднес его к окну, разложил. Желтая четвертушка с выцветшими чернилами. Видимо, Колотило-Ванников использовал для обманов старую бумагу и имел ее запасы. А чернила разводил, чтобы они казались древними…
– Смотрите: вот остров, вот мельница, а тут крестиком помечено.
– Возьмем, – уверенно заявил Лыков. – А после суда и свояку вашему, Дедюлину, легче станет с сельчанами уживаться. Он их на такой афере поймал! Теперь надолго притихнут.
В девять часов вечера Исай Городнов появился на сельском кладбище и стал подправлять отцовскую могилу. Потом, воровато озираясь, прокрался к свежему холму, под которым схоронили Мишку Телухина. Еще раз осмотрелся – никого вокруг, тихо и покойно… Сунул руку за пазуху, и тут вдруг кто-то сзади крепко схватил его за плечи.
– Попался, душегуб!
Через пять минут, связанного, убийцу вели по селу под конвоем. Поравнявшись с домом деда Паисия, Благово остановил кортеж.
– Ждите пока здесь.
Зашел в избу и сказал старику, прильнувшему уже к окну:
– А ведь ты, Паисий, знал все с самого начала.
Дед молча отвернулся в сторону.
– Городнов сельчанина убил. Не нашу барскую кровь пролил, а вашу, крестьянскую. И ты бы это ему спустил?
– Мы, твое благородие, промеж себя сами разберемся. Без вас, господ. Я же баял: вы никогда ничего не знали. И не положено вам знать, как мир живет. Исайка хотел помещика обмишурить… Это дело хорошее, я ему в том и не мешал.
