Автор
Я разглядываю бижутерию на выставлении и приближаюсь к окну, за которым вновь начинает заседать проливной дождь. Воздух наполнен грустью, а я чувствую легкое беспокойство. Влад смиренно вздыхает, соглашаясь о своих забытых обязательствах и недавно услышанных словах. Тягостная атмосфера книги "Хрупкая связь" не даёт ни шанса на радость или无忧, но вызывает глубокие эмоциональные волны....
В окнах дома горит свет — во всех комнатах, даже в котельной.
Ами боится темноты и засыпает только со включённым ночником. Свет для неё — это щит, маленький островок безопасности. Её отцу стоило услышать об этом всего один раз, чтобы никогда не забыть.
— Луна, нельзя! Место! — строгим тоном командует Аслан, открывая дверь и пропуская меня внутрь. Он в белой футболке и свободных штанах, босой и удивительно домашний в этом образе. Отодвигая собаку ногой, Тахаев поднимает взгляд и чертит невидимые линии на моем лице: от глаз к губам.
— Привет.
Я прижимаюсь к стене, когда ретривер, игнорируя команды, вырывается вперед и радостно толкает меня передними лапами. Аслану приходится схватить собаку за ошейник, чтобы оттащить её и дать мне возможность спокойно раздеться.
В доме так тепло, что мне становится жарко даже в кофте с длинными рукавами, поэтому я снимаю её вместе с курткой и оставляю на вешалке.
С тех пор, как мы не виделись, Луна заметно выросла.
— Слушай, если ты не успокоишься, мне придётся закрыть тебя в другой комнате, — предупреждает Аслан, обращаясь к собаке. — Например, в кладовке, где нет еды и игрушек.
Чтобы отвлечь ретривера хоть на несколько секунд, он хватает с пола мяч и бросает его вглубь дома. Выругавшись, Аслан поднимается на ноги и упирает руки в бока."
"— Извини. С Амелией она ведет себя иначе — более спокойно. В остальном её поведение всё же требует небольшой корректировки.
— Твоя прошлая собака тоже была такой непослушной?
— Зара? — зачем-то переспрашивает. — Нет, она была намного благодарнее. А Луна ведёт себя так, словно я ей что-то задолжал.
Я улыбаюсь, снимая резинку, которой собрала волосы в небрежный высокий пучок, и прохожу мимо Аслана в гостиную, заваленную игрушками и коробками из-под еды.
Приходится прикусить язык, когда я замечаю, что одной полезной едой дело не ограничилось — на ужин были картошка фри и наггетсы.
— Где Ами? — тихо интересуюсь.
— Я перенёс её в спальню. К слову, она даже не шелохнулась, когда оказалась в другом месте.
— Блин. Это плохо.
Мы держим дистанцию, идя по длинному коридору. Луна, выпустив изо рта игрушку и цокая когтями по полу, следует за нами третьей. Уже не набрасываясь и не пугая своей излишней активностью, а дружелюбно виляя хвостом.
