Совершенно не слушая меня, но при этом попадая в ритм, который безошибочно сливается с моим.
***
Лера недовольно цокает каблуком, стоя у ворот, когда я пулей вылетаю из дома с пылающими щеками. От стыда и от жара, который преследует меня, когда Аслан рядом."
"Он отгоняет автомобиль из-под навеса, останавливаясь в полуметре от нас с подругой. Не знаю, чувствуется ли тот нюанс, из-за которого мы задержались, но создаётся ощущение, между нами всё ещё остаётся лёгкий шлейф чего-то интимного и жутко откровенного.
Кажется, будто запах секса выдаёт меня с потрохами, несмотря на спешно использованные духи и салфетки.
Это воспринимается на уровне инстинктов — словно ДНК Аслана растворилось в моей крови.
Разговоры с подругой получаются смазанными и скомканными, потому что концентрация на нуле. Не только из-за того, что моя голова каждый день забита важными моментами, Асланом или предстоящим разводом, но и потому, что по мере приближения к дому, где я прожила целых пять с половиной лет, я испытываю довольно смешанные чувства.
Дина сказала, что мне не стоит себя винить. Но как только я переступаю порог и встречаю в гостиной Влада, сидящего на диване с переплетёнными пальцами рук в замок, она накатывает грозовым штормом.
Кое-где до сих пор валяются игрушки Амелии, мои кисти для макияжа и прочая мелочь, напоминающая о всех прожитых годах, которые я без колебаний стёрла с появлением самого главного мужчины в моей жизни.
Я пошла бы за ним всюду. Куда бы ни позвал, как бы ни попросил. Это больше, чем влюблённость — что-то на уровне потребности, когда каждое решение кажется правильным, если оно связано с Асланом.
— Привет. Я думала, ты на работе, — глухо обращаюсь к мужу.
Влад смотрит сквозь меня, и от этого моё моральное состояние даёт сбой. Я хотела бы пожелать ему всего того, что испытываю сама, — того, чего у нас с ним никогда не было.
Если бы я могла хоть как-то уменьшить его боль, я бы непременно это сделала. Но такой вариант предполагает жертвы, а я не готова жертвовать собой. Не тогда, когда я уже выбрала…
— Мы с Лерой пойдём на второй этаж, если ты не против.
— Иди, — отстранённо произносит.
Сборы затягиваются на полтора часа, заставляя меня вспотеть от раздражения и напряжения.
Я вижу из окна Аслана. Он периодически выходит из салона на улицу, нервно расхаживая под домом и не зная, куда деть руки: то прячет их в карманы куртки, то в штаны, то скрещивает на груди. Челюсти сжаты так сильно, что даже на расстоянии я вижу, как на них гуляют желваки.
