Автор
Внутри холодного здания клуба скрывается непростая история любви и тайных убежищ. Каждое слово и каждый вздох нарушает напряженное молчание, создавая атмосферу неизведанной страсти и глубокой деликатности между двумя людьми, готовыми прятаться от мира ради своей связи....
Ты ведь не против продолжить?
Я привстаю над ней и сажусь на край кровати. Тянусь к брюкам, подхватывая их с пола. Ищу карман, в котором лежит пара презервативов, думая о том, как круто всё было только что … и вдруг замедляюсь, не услышав ответа.
– Алиса?
Она молчит, и меня мгновенно пронзает тревога. Брюки падают на пол, а улыбка сползает с лица, когда я поворачиваюсь и наклоняюсь над ней.
– Снег?
Она смотрит на меня раскрытыми глазами, слегка раскинув безвольные руки по обе стороны от себя и приоткрыв губы.
– Алиска…
– Больно… не могу пошевелиться, – шепчет, и у меня от ее шепота разом обрывается душа.
– Сердце?.. Что? Что мне сделать?!
– Спрей, на столе. Дай… мне.
Я вскакиваю и в один миг оказываюсь у стола. Сдвинув в сторону рабочий ноутбук, какие-то книги, нахожу нужную бутылочку и сразу возвращаюсь к Алисе. Она сама берет спрей из моих пальцев и впрыскивает лекарство себе под язык, но тут же без сил роняет руку с бутылочкой на грудь.
– Не смотри так… – просит, закрывает глаза и медленно дышит.
– Снег… – Я подхватываю ее руку с груди и обхватываю запястье. Опускаюсь к ней, упершись одним коленом в пол, чувствуя полную беспомощность.
Что делать, я понятия не имею, но наблюдать за тем, как она страдает – выше моих сил.
– Снежная, я вызываю скорую! – порываюсь встать, но она останавливает меня тихим и твердым:
– Нет.
– Почему?
– Аню напугаем, будет плакать.
Когда настанет это «сейчас» – через минуту, через две? Я продолжаю ощущать страх за нее, он меня буквально обездвиживает…
– Откуда ты знаешь, что станет? А если нет?
Но Снежная поражает меня ответом:
– А если нет, тогда лучше с тобой, чем одна.
– Алиса…
– Согрей.
Я возвращаюсь к ней, ложусь рядом и укрываю нас одеялом. Обняв за талию, утыкаюсь лбом в ее висок.
Мы лежим так какое-то время в тишине, пока ее дыхание не становится ровнее, а глаза открываются.
– Это с тобой не в первый раз? – догадываюсь, и слышу в ответ:
– Нет. Но лекарство всегда помогает, я с ним живу. Извини, что напугала.
– Господи, Снег, я ведь мог тебя убить.
Хорошо, что в комнате тихо, и мы близко. Я могу слышать всё, что она говорит.
– Не мог. Мне было хорошо с тобой. Ты совершенно ни при чем. Просто… мне не повезло.
– Еще болит?
– Уже меньше.
