Автор
Хрупкое желание в Хрупкое желание - это романтический поезд, запущенный с трелями музыки, которая создает неповторимую атмосферу. Оттеняется сладковатой иррациональностью избитых выражений "только любовь может ранить так сильно" до роковой ночи, когда сердце несет тебя в мир своих сожалений....
У меня есть ты, и я не хочу никого другого.
Я прижалась к нему, жадно впитывая его слова. Они были сказаны без колебаний.
От прохладного ветерка по коже побежали мурашки. Данило погладил меня по руке.
— Может, нам зайти? Ты замерзла.
— Нет, — быстро ответила я. — Давай останемся ненадолго. Слишком красиво.
Данило кивнул, глядя на меня сверху вниз.
— Ты абсолютно права.
Глава 20
🐞 София 🐞Небо было затянуто тучами, и темно-серое небо сгущалось на горизонте. Лениво позавтракав в постели, мы с Данило отправились на прогулку по лесу, прежде чем раскаты грома заставили нас вернуться в домик.
Как только мы оказались внутри, небо разверзлось и полил сильный дождь.
— Отличная погода для камина, — сказал Данило, собственнически целуя меня в шею, прежде чем направиться в гостиную.
Я улыбнулась, глядя, как он складывает в камин сухие поленья. Я переоделась из своей прогулочной одежды в более удобный шерстяной свитер и юбку, прежде чем спуститься вниз.
— Захвачу несколько закусок для пикника на полу, — сказала я мимоходом и направилась на кухню.
Пятнадцать минут спустя я вернулась с подносом шампанского, фруктового ассорти, бельгийских шоколадных трюфелей и французского сыра. В камине пылал огонь, и Данило уже собрал овчинные коврики вокруг камина.
Идя к нему, мой желудок сделал сальто о ранее забытом голоде. Я поставила поднос на пол и улыбнулась мужу. Он взял меня за руки и поцеловал ладони. Мы опустились на пол, моя спина прижалась к груди Данило, его ноги вытянулись по обе стороны от меня, Мы принялись за сыр и фрукты.
Данило поцеловал меня в шею, затем осторожно опустил вырез свитера, обнажив мое обнаженное плечо. Его губы скользнули по моей коже.
— Ты невероятно красива, София. Каждый сантиметр тебя.
— Серьезно? — прошептала я.
Данило и раньше называл меня красивой, но после многих лет неуверенности в себе я не могла слышать это достаточно часто.
Данило решительно встретил мой взгляд.
— Серьезно.
Он поцеловал меня в плечо.
Поленья потрескивали, когда пламя пожирало их, и вскоре нас окутало тепло. Дождь почти сердито хлестал по французским дверям, и озеро казалось черным, как смоль, но изнутри, хорошо защищенное и теплое, зрелище завораживало.
Его руки пробрались под мой свитер, кончики пальцев скользнули по моему голому животу. Моя кожа сжалась от нежного прикосновения. Данило медленно стянул свитер через голову.
