Её страх и паника были столь искренними, что мы отступили и больше никогда не заводили разговоров о библиотеке ведьм. А про то, какой скандал разразился, когда я предложила Брану съездить к океану на медовый месяц, не стоило и вспоминать.
Балтимеры делали всё, чтобы я ни на шаг не приближалась к Сапфировому краю. Не удивлюсь, если и императора против ведьм настроила именно Тереза.
– Моя мать доверяла вам как родной сестре, – продолжила, заметив, как побледнела кобра, – а вы…
– Я ни разу не навредила Селесте! – в голосе Терезы проскользнуло искреннее возмущение. – К тому же вы с моим сыном действительно могли стать прекрасной парой!
Ну да, лучшей пары не сыскать во всей империи… Он – неведомое чудовище, выпивающее магию из всего, до чего дотягиваются щупальца. И я – безвольная кукла с промытыми мозгами и опустошёнными крыльями…
– На моём месте любая мать поступила так же! – с вызовом добавила кобра."
"– Не утрируйте, – скривилась Льена, – ваше желание помочь сыну не отменяет совершённых преступлений. И вы снова уходите от ответа. Вам задали чёткий вопрос. Как вы попали в Орден Мёртвого пламени и какое отношение к Охотникам и экспериментам повелителя имеют безликие?
Красивое, холёное лицо кобры скривила болезненная гримаса, а в глазах плеснулись ужас и отчаяние.
– Я не знала, – пролепетала Тереза, – совершенно не знала, во что ввязываюсь… Лишь хотела спасти сына.
Ведьму била крупная дрожь, а длинные тонкие пальцы судорожно комкали золотой водопад шелков, словно перебирая невидимые чётки или… сплетая паутину.
– Леди Балтимер, нам нужна правда. Это ваш единственный шанс смягчить приговор! – в голосе Аргвара звенел металл. Одной фразой он пресёк подступающую истерику и привёл женщину в чувство.
– Безликие – жрецы повелителя Охотников, – просипела Тереза, уставившись перед собой.
Её взгляд был пустым и безжизненным, а пальцы продолжали скользить по щёлку.
Сейчас она напоминала заводную куклу, повторяющую привычное действие – плела свою паутину.
Только наручники на тонких запястьях и стены камеры намертво глушили древнее шаманство, и теперь танец паучьих пальцев был пустой суетой. Зато вмиг стало ясно, почему Тереза всё это время носила кимоно, упорно игнорируя столичную моду на платья с открытыми предплечьями.
Без длинных многослойных рукавов паучиха лишалась своего главного оружия и возможности незаметно переплетать полотно чужих эмоций.
– Они сами нашли меня, – продолжила леди Балтимер, – повелитель почувствовал рождение нового монстра и послал к нам слуг. Безликие говорили, что научат меня контролировать приступы, обещали помочь.
Тереза умолкла и обхватила себя за плечи, а сидящий рядом маркиз попытался подползти поближе и обнять мать.