В темном лазарете Госпиталя Святой Виталины, где больные приходят на смерть, Лори пытается справиться со страхом, цепляющимся за нее как хлыст. Её глаза напряжённо бегают по лицам пациентов, каждый из которых дрожит и мечется от боли, но она — здесь, в тени, должна быть сильной. Тьма в её взгляде говорит о том, что она уже не просто целительница, а надежда на выздоровление для всех вокруг....
– А что с Балтимерами? Стабилизирующее плетение пока работает?
– Да, магия темнейшего сдерживает распространение заразы, так что время ещё есть, – кивнула Льена.
Она хотела сказать что-то ещё, но над садом прозвенел гонг и сбоку вспыхнул вихрь портала.
– Прибыл мудрейший господин Тайши, старейшина клана Серебряного ветра, – на одном дыхании выпалил стражник. Из портала шустро выскользнули три лиса. – А также его телохранители, Лайши и Цайши.
Гости подошли ближе, мы шагнули им навстречу и поклонились.
– Светлейшего восхода, господин Тайши, – на правах хозяйки произнесла Льена, – да пребудет с вами мудрость и вечная благодать.
– И вам вечного шторма и нескончаемых гроз, Верховная, – лис сложил лапки на груди, а затем начался ритуальный обмен комплиментами и пожеланиями.
К счастью, Льена в совершенстве знала этикет дзинко и хорошо слагала лисьи хокку, поэтому взяла основную нагрузку на себя. Нам оставалось лишь улыбаться и вовремя кланяться.
Минут через пять я почувствовала себя заводным болванчиком.
– Для нас огромная честь принимать вас в ковене, господин Тайши. – пропела Льена, едва мы и гости устроились на мягких ковриках.
Теперь оставалось самое сложное.
По традиции чай полагалось разливать мне, как ученице и одновременно просящей о помощи. Каждое движение мы с Вайши отрепетировали заранее, но я ужасно переживала, а внутри всё закипало от подобной медлительности.
Но… лисы никуда не спешили, а спустя некоторое время я и сама втянулась. Очнулась, когда чай в пиале закончился, а господин Тайши удовлетворённо фыркнул и вынес вердикт:
– Леди Алория достойная дочь Хрустального неба. Я счастлив, что Боги позволили нашим дорогам пересечься. – Лис отставил чашку и сложил лапки в ритуальном жесте.
– Ваша похвала – величайшая награда и музыка для моих ушей, – почтительно склонила голову.
Крылья неожиданно встрепенулись, уловив чьи-то яркие эмоции. Господин Вайши тихонько радовался успеху и с гордостью посматривал на свою ученицу.
