В темном лазарете Госпиталя Святой Виталины, где больные приходят на смерть, Лори пытается справиться со страхом, цепляющимся за нее как хлыст. Её глаза напряжённо бегают по лицам пациентов, каждый из которых дрожит и мечется от боли, но она — здесь, в тени, должна быть сильной. Тьма в её взгляде говорит о том, что она уже не просто целительница, а надежда на выздоровление для всех вокруг....
– По своей природе фэйри не способны использовать атакующие и защитные плетения, но, соединяясь с тёмной магией, их хрустальная Искра становится универсальной, – пояснил дзинко, – поэтому королева Виоланта и Айран Саар, Владыка чёрных драконов, в своё время разработали несколько заклинаний, способных защитить фэйри от Охотников.
– И… у вас есть образцы этих плетений? – прошептала, не веря в собственную удачу.
– Для начала дослушайте, – в голосе дзинко появились укоризненные нотки, – даже после слияния Искры боевая магия противоречит самой сущности фэйри.
Пресветлая… Кажется, я начинала понимать, почему эти знания засекретили…
– В тоже время ритуал разделения Искры делал драконов более уязвимыми перед магией чудовищ. Увы, повелитель Пустоши быстро узнал об этом и открыл охоту на Хранителей. В той чудовищной резне погибло много воинов, в том числе и владыка Саар, и его пара – королева Виоланта, – с горечью добавил старейшина, – эксперимент по созданию боевых фэйри пришлось свернуть, а свитки с образцами плетений и описание принципа их работы отдали на хранение нам, дзинко.
– Выходит, у вас есть только недоработанные и потенциально опасные заклинания? – нахмурился Аргвар.
– Не совсем, – уклончиво ответил лис, – долгое время мы искали мага, способного усовершенствовать их. И недавно нам улыбнулась удача.
Догадка вспыхнула путеводной звездой, озарив недостающие части пазла. И наконец всё встало на свои места.
– Лионель Кайран! – воскликнула я. – Это вы… вы помогли ему создать для Аиды протез крыла, а после разработать артефакт, ослабляющий Охотников?"
"Мы никак не могли понять, откуда Аида и её муж так много знают о фэйри и охотящихся на них тварях. Лионель, безусловно, был гением и лучшим специалистом по протезам во всей империи, но его последние разработки выходили далеко за пределы классической артефакторики.
– Не помог, а лишь поделился необходимой информацией, – скромно ответил лис, – не стоит преувеличивать мои заслуги. Что же касается самого артефакта, он ещё на стадии доработки.
– Как так? – удивилась. – Мы же видели… – запнулась, в деталях вспоминая бой в поместье Ризолье.
Я сразу обратила внимание, что монстр выглядел болезненным, ослабленным и не мог полностью использовать свои возможности.
