В темном лазарете Госпиталя Святой Виталины, где больные приходят на смерть, Лори пытается справиться со страхом, цепляющимся за нее как хлыст. Её глаза напряжённо бегают по лицам пациентов, каждый из которых дрожит и мечется от боли, но она — здесь, в тени, должна быть сильной. Тьма в её взгляде говорит о том, что она уже не просто целительница, а надежда на выздоровление для всех вокруг....
Вдох… пауза… выдох…
Панический туман в голове постепенно рассеивался. Я вспомнила главную причину, по которой Нери оказался здесь. На фоне появления Охотника страх перед скандалом резко померк. Волновало другое: какие проблемы может создать для моей семьи император, если закусит удила и решит отомстить за сорванные планы?
Брак с Балтимером был политически выгоден, Алваро возлагал на него большие надежды. Но если отец пообещал, что последнее слово останется за мной, может… существуют лазейки?
Лежащий на полу кристалл завибрировал.
– Спасибо! – прошептала, открывая весточку. Она оказалась от отца.
«Алория, ты уже освободилась? Нужно поговорить. Я могу заехать за тобой в госпиталь через четверть часа. Поужинаем в ресторане неподалёку и обсудим всё без лишних ушей».
«Жду! – ответила и тут же уточнила: – У нас в гостях Бран?»
«Тереза».
Одно слово, а желание ехать домой пропало окончательно. Матушку жениха не хотелось видеть ни сейчас, ни завтра… Никогда. Тереза долгие годы возглавляла дипломатический корпус в Вэрселии. Она была сильным эмпатом, играючи могла убеждать и внушать что угодно и замечала каждую мелочь.
Я слишком устала, чтобы следить за мыслями и эмоциями, сейчас лучше избегать встречи с ней.
«Набери меня, как подъедешь, спущусь», – напечатала и спрятала артефакт в карман.
Настроение немного улучшилось. Родриго наверняка что-нибудь придумает!
– Скоро сюда приедет мой отец, – сказала, подняв взгляд на Нери.
Теперь я могла нормально рассмотреть его. Жуткие раны, пугавшие при первой встрече, затянулись. От них остались едва заметные светлые полоски шрамов, но они нисколько не портили дракона.
Я невольно залюбовалась хищными, безупречно правильными чертами его лица и бездонными сапфировыми глазами, удивительно сочетающимися со смуглой кожей.
"Шрамы на его теле рассказывали историю пройденных сражений не хуже магических плетений. Я прекрасно помнила следы когтей тварей Пустоши на мощной груди, такое не затягивается бесследно даже у драконов. Три тонкие полосы навсегда сохранят воспоминания о той битве. Как и вереница белёсых следов на левом плече.
