— Я помню, как ударил тебя по лицу еще в средней школе за то, что ты так меня назвал.
— А в этот раз не ударил.
— Я просто думаю, как лучше тебе втащить в этот раз.
Громов отшатнулся от меня.
— Не, Лех, не надо, — взмолился он.
— Лучше быть негативно настроенным на свое будущее, чем быть позитивным и наблюдать, как все вокруг рушится на тысячи осколков, — пробормотал я.
Я почувствовал, как Даня вновь прижался боком к моему, и перевел взгляд на него. На лице моего лучшего друга больше не было и следа смеха.
— Я буду рядом, чтобы собрать осколки, если это случится, — поклялся Даня, смотря на меня серьезными глазами. — На этот раз, Леха, я буду рядом.
В последних его словах прозвучала боль, от которой все мое тело напряглось. Я отвернулся, стиснув зубы. Я ненавидел это. Ненавидел то, что мой лучший друг все еще чувствовал себя виноватым за то, что было не в его власти.
И он был не прав. Не прав в том, что его не было рядом.
Он всегда был рядом со мной, всегда собирал меня по частям, всегда собирал мои осколки.
Даня отказался от многого, чтобы быть рядом со мной. И я никогда этого не забуду.
— Это хорошо, но я все равно не дам тебе списать, — проворчал я, пытаясь разрядить обстановку.
Громов усмехнулся и закинул ногу на стол.
— Бля, ты меня раскусил.
— Это был элементарный вопрос и если ты не знаешь на него ответ — то у тебя проблемы, — заявил я, снова зачесывая волосы назад.
— Громов, убери грязную обувь со стола, — проворчал преподаватель, вернувшийся в аудиторию.
— Вы забыли сказать “пожалуйста”, — Даня ухмыльнулся.
Препод уставился на Громова, ожидая, что он сделает то, что ему велено, но когда Даня не подчинился, он в раздражении ослабил галстук и бросил свои вещи на стол.
Я задумчиво смотрел на одного из своих преподавателей, чье имя так и не удосужился спросить уже третий год. Он был достаточно молод, лет двадцать семь, и он был одним из немногих мужчин, которых я терпел.
Может быть, потому, что он был всего ненамного старше меня.
Он уронил маркер на пол и тихо выругался.
Или, может быть, дело было в том, что он совсем не был похож на взрослого мужчину, а тем более на преподавателя.
— Ха! Вы сказал “блять”, — весело заметил Даня.
Препод глубоко вздохнул и прорычал:
— Я не говорил.
— Нет, сказали.
— Громов, я не говорил.
— А я слышал.
— Громов, я тебе обещаю, я завалю тебя в этом году! — сорвавшись, прорычал препод. — И мне плевать, сколько денег твои драгоценные родители вваливают в университет, я, блять, тебя завалю.
— О-о, вы опять выругались.
Я подавил глубокий вздох раздражения. Я мог терпеть преподавателя, но Даня всегда его недолюбливал. Поднявшись на ноги, я сунул телефон в карман. Эти двое прекратили перепалку и посмотрели на меня."
"— Алексей, куда вы? — спросил препод.
— На выход.