И я не могу позволить ей страдать вместе со мной. Я должен уйти и… спасти ее от себя.
Даня замолчал, а затем он произнес вслух то, о чем я думал все эти дни.
— Ты бросаешь ее, не так ли?
— Я должен порвать с ней, — подтвердил я догадку друга.
— Нет, Лех, — умолял меня Громов, сильнее сжимая мою руку. — Не делай этого. Ты разобьешь ей сердце!
Я уже знал это. Моя грудь сжалась, когда в голове возник образ плачущей Ксюши. Но я был уверен в своем желании.
— Я уверен, что она встретит кого-то лучше меня, кто все исправит и сделает ее счастливой.
— И тебя это устроит? Ты сможешь спокойно жить с мыслью, что Ксюша счастлива с другим парнем? — рвал мне душу Даня.
Нет.
Не смогу.
Но я должен был отпустить ее, потому что так было правильно.
— Пойми, Дань, я должен ее отпустить, — пробормотал я. — И ты мне в этом поможешь.
Даня бросил на меня насмешливый взгляд и выпалил:
— Нет, блять.
Мои брови взлетели вверх.
— Нет?
На лице Громова появилось упрямое выражение и он откинулся в кресле.
— Ни за что на свете я не стану участвовать в твоей бредовой затее, — прорычал он, впервые в жизни отказываясь мне помогать. — Я рад, что ты наконец-то пытаешься отпустить прошлое и жить дальше, Леха. Но разве ты не видишь? Она может тебе в этом помочь. Она уже помогает тебе!
Я стиснул зубы.
Сука. Ну почему он просто не мог смириться с моим уже принятым решением?!
— Я больше не хочу причинять ей боль, Даня. Она не может остаться со мной, потому что я порчу ее жизнь. Точка.
Громов непоколебимо встретил мой взгляд, одаривая меня ответным гневом.
— Это ведь должно быть и ее решение тоже, не так ли? — вдруг заявил он, ядовито улыбаясь. — Ты не можешь принять это решения за нее.
Мне захотелось втащить своему лучшему другу. Но вместо этого я зарычал от досады."
"Даня поднялся на ноги, взял ключи со столика рядом с моей кроватью. Его лицо все еще было искажено гневом, когда он принялся натягивать куртку.
— А теперь я поеду, заберу твою подружку и привезу ее сюда. А когда вернусь, надеюсь, твои мозги встанут на место и ты изменишь свое решение.
Еще раз сверкнув глазами, Даня вышел из палаты, громко хлопнув дверью.
Я откинулась на подушку, зажмурил глаза и медленно начал дышать, сжимая и разжимая кулаки.
Громов не понимал меня.
Ксюша не могла быть моей. А я не мог быть ее…
Может быть, когда придет время. Когда я стану сильнее. Когда я исцелюсь.
Но сейчас я не мог дать ей любовь, которую она заслуживала. И было неправильно давать ей ложные обещания о будущем. Я не хотел, чтобы она ждала меня. Она заслуживала все самого лучше прямо здесь и сейчас.
Поэтому мне придется отпустить ее.
Даже несмотря на то, что это должно было глубоко ранить не только ее, но и меня самого.
Я открыл глаза и уставился в потолок.