Автор
Ксюша трепещущей рукой протянула руку к билетикам на лужайке дома, где радостные юноши и девушки громко перешептывались. Под вечер пятницы она наконец-то решилась и шагнула через порог, влажная мелкая пыль ползла по её щекам, а тихий голос Феди шептал ей на ухо о том, что это невежливо отказаться....
— Ты не ответил, — напомнил мне Рябинин, старательно игнорируя издевки своих друзей.
— Нет, — резко ответил я.
— Серьезно?! Ты не прикалываешься?! — Влад усмехнулся, откровенно удивляясь моему ответу. — После того шоу, которое вы устроили возле аудитории в начале недели, я был уверен, что вы уже сделали это.
— Я так не думаю, — вклинился Череп. — В последнее время у Орлова было хреновое настроение. Серьезно, тебе нужно потрахаться.
— Может, хватит об этом? — спросил нахмурившись.
— Тебе надо кого-нибудь трахнуть, — со знанием дела заявил Череп, упрямо стоя на своем.
— Во-первых, это БДСМ, придурок, — вмешался Даня, указывая на него своим бокалом. — А во-вторых, Леха теперь парень одной девушки, которой покорно хранит свою верность.
— Погоди, — брови Влада поползли вверх. — Ты хочешь сказать, что все это на самом деле?! Я просто пошутил, когда спросил, трахались ли вы уже.
— Нет, это не так, — я посмотрел на своих друзей, и то, как я это сделал, заставило их поежиться. — Я просто отыгрываю свою роль, как мы и планировали.
— Ага, конечно, — хмыкнул Даня.
— Если тебе есть что сказать мне, то я весь, блять, во внимания!
Громов поднял руки вверх и изобразил заведомое отступление. Влад и Череп ничего не сказали, но внимательно смотрели на меня. Я уже подумывал выгнать их нахрен из дома, как вдруг зазвонил телефон. Я еще раз бросил на друзей сердитый взгляд и встал, уходя к окну и не мигая смотря на экран.
Пиздец какой-то.
Ночь становилась все более и более хреновой.
— Кто это? — спросил Даня.
Я бросил на него короткий взгляд и соизволил ответить:
— Старик.
На лице друга появилась озабоченное выражение, а затем он спросил:
— Он должен навестить тебя, да?
Кивнув и снова обратив внимание на телефон, который снова зазвонил, я положил трубку, не потрудившись ответить на звонок, потому что не хотел разозлиться еще больше.
Я уставился в уличную темноту, стараясь не думать о причине звонка, и, уперевшись руками в подоконник, крепко зажмурился.
Затем в голове промелькнули мысли о Ксюше и ее смущенном личике. И, блять, как же приятно было снова улыбнуться.
Прошло слишком много времени с тех пор, как я искренне улыбался. Слишком, блять, много.
Быть с ней всегда было так приятно…
Потом я протрезвел, осознав, что скоро потеряю ее.
И чем больше я думал об этом, тем больше мне не нравилась эта мысль.
Глава 7
7.1.
